— Отойдите от стен! — закричал Руззлау, отталкивая Эль.
Амата закричала. Прямо из стены высунулись… руки⁈ Две огромные руки… камень выгнулся, в нем проступило лицо… слепое, с раззявленным ртом… и каменные руки!..
И они схватили Канэ. Ибрахим успел отскочить, а вот Канэ… ее просто стиснуло каменной хваткой!..
И раздавило.
На пол хлынула кровь. Эль истошно завопила, Ибрахим рубанул глефой, Амата принялась палить… но руки уже исчезли. Канэ каким-то образом уволокло прямо в стену.
На ней осталось кровавое пятно.
— Вниз, — прохрипел Руззлау. — Вниз. Пока не вернулось.
Дважды повторять не пришлось. Было жаль Канэ, но еще жальче было себя. В полном молчании они ринулись по лестнице.
Буфф… Буфф…
Теперь этот звук вызывал ужас. Леденящий душу ужас. На ловушки коридоры не проверяли — просто бежали, не помня себя от страха.
Но звук не стихал. Он становился только громче.
— Это коридорный монстр! — выкрикнула Амата на двадцать седьмом этаже. — В комнату!
Даже Руззлау не стал спорить, хотя торопился сильней всех. Они влетели в первую попавшуюся комнату… это оказалась ванная. Амата так мечтала найти ее все это время… а теперь смотрела тоскливо и надеялась, что живущая в стенах тварь сюда не войдет.
Она не вошла. Но это ее сопение не стихало. Оно звучало прямо за дверью.
— Переждем, — угрюмо сказал Руззлау. — Время еще есть.
Ибрахим достал свою заветную пачку сигарет. Те были еще сыроваты, но он все-таки попытался закурить. Амата посмотрела на это и жалобно сказала:
— Если мы тут пережидаем, можно вас попросить… отвернуться?..
— Ты… сейчас?.. — нахмурился Ибрахим.
— Ты сошла с ума? — спросил Руззлау.
— Я два месяца не мылась… — прошептала Амата.
— Я тоже, — ответил Руззлау.
— Слушайте, возможно, мы все тут умрем! Я хочу умереть чистой!
Мужчины пожали плечами. Эль с интересом открыла кран — да, вода шла. И даже горячая.
Амата совершила свою обычную проверку. Испытала слив, плеснула чуть воды на кожу, осторожно слизнула капельку.
За порогом продолжало сопеть. Монстр вел себя, как все коридорные монстры — внутрь не заходил, но и не уходил сразу же. Подстерегал. Некоторые могут выжидать часа два… больше редко, иначе от них житья бы не было.
Хотя от этого наверняка и так житья нет. Вряд ли кто-то вообще переживал встречу с ним. Других пленников тут точно нет.
Так что Руззлау и Ибрахим отвернулись, а Амата разделась и стала торопливо ополаскиваться. Она даже рискнула использовать мыло — брусок лежал на краю ванны.
Тоже сначала проверила, конечно.
Вот Эль не отвернулась. Девочка надулась и сердито таращилась на Амату.