— Смотри сам. Если не особо волнуешься о ней, то просто скажи, чтобы была аккуратней.
— Думаешь…? — Поднимаю глаза на Рому.
— Надеюсь, что нет. — Отвечает, даже не дослушав меня. — Но она Сему разозлила, своим ответом и отказом. Такие как он не терпят, когда им перечат и нарушают планы. Ручаться за него теперь не могу. Если нужна помощь, говори. Я на твоей стороне.
— Спасибо. Пожалуй, надо Онежу найти и сделать, как ты сказал. Кстати, что с подарком Валу?
— Я все устроил, нашел и договорился. Даже, место почти есть. Пусть капелек каких-то выпьет сердечных, чтобы от радости и шока не умереть и от избытка эйфории.
— Он крепкий. Думаю и так выдержит. — Усмехаюсь и немного отвлекаюсь. Проблемы есть, и есть, как минимум, несколько вариантов их решения. — Пойду я.
— Давай. Но девушка, конечно, сильная. Отказаться от такой суммы — это опрометчиво, но достойно.
— Сам удивлен. Поэтому надо ее найти, пока не накрутила себя и не сделала глупость. Это она может.
Двадцать девять лет назад.
Чем больше я ношу под сердцем своих мальчишек, тем сильнее привязываюсь к ним. Пусть бы был один. Я бы старалась абстрагироваться и не думать о том, что придется отдавать малыша. А теперь, я постоянно думаю о том, что один останется со мной. Навсегда. До последнего будет напоминать мне о том, что я отдала второго ребенка. Врач сказал, что будут разнояйцевые близнецы. Значит, узнать его в ком-то другом будет сложно. Хоть они будут и похожи.
Как мне жить потом, когда буду знать, что где-то есть еще один мой ребенок?
Может, бросить все и сбежать. Спрятаться где-то от него? Со временем про меня забудут. Проще было бы не рожать вообще.
Как я буду растить, одна, ребенка? У меня же карьера. Я же планировала ребенка в уплату долга, а не себе.
Где найти того, кто подскажет, что делать?
Я возвращаюсь. Но не домой, а в больницу. Дома, одной, страшно. В клинике хоть какая-то охрана, люди, а дома, что? Вскроют мой замок, за пару минут и доберутся до меня. Даже полиция не успеет доехать.
В тот момент адреналин зашкаливал и, казалось, я справлюсь со всем. Теперь, когда отпустило, мне жутко страшно. Наверное, надо просто забрать это чертово заявление и попросить Егора, передать тому, кто в этом заинтересован. Если у суда хватит совести оправдать Семена — пусть, главное, я не предала себя.
Только спустя двадцать минут, как покинула клуб, Егор мне звонит. Должна его выслушать и поговорить, но наедине. Поэтому сбрасываю вызов и выключаю звук на телефоне. Успокоюсь, потом поговорим.
Валера еще днем сказал, что я могу, если я захочу, остаться в палате с Катей на ночь. А я, как кукушка, оставила своего ребенка и уехала с Егором. Лучше бы и не ездила.