— Прекрасно, просто прекрасно, — процедил я. — Значит, в моём арсенале: трещащие кроссовки, память в режиме «файл не найден» и головная боль с функцией «по требованию».
Ситуация становилась ещё более абсурдной. Всё выглядело слишком реально, чтобы быть галлюцинацией, но слишком неправдоподобно, чтобы быть правдой.
— Эй, дети, а как называется место, где мы находимся?
— Морской Лотос, — с готовностью ответил, кажется, Сём. Или Рём. Я пока не научился их различать.
— Как-как? — Я опешил.
— Морской Лотос, — пропыхтела Юми позади. — Остров так называется. В честь нашего клана.
Ага, остров. Тогда понятно. У крохотных кусочков суши часто названия диковинные. Вон на Ладожском озере есть остров Одиноких Лебедей, а в Канаде — остров Пальцев Феи.
— А покрупнее если взять? Страна?
— Морской Лотос располагается в государстве драконов на Огненном Архипелаге, — с гордостью выпалил другой близнец.
Я застыл, занеся ногу над тропинкой, как памятник самому себе — «Турист, внезапно осознавший масштаб своей ошибки». Ну ладно, названия островов всегда страдали излишней пафосностью. Но Огненный Архипелаг ⁈ Это что, ребрендинг местного туризма?
Дети тем временем продолжали шагать вперёд гуськом — сосредоточенные, серьёзные, как маленькие спецагенты на миссии. Я мысленно прикинул, что при случае обязательно проведу разъяснительную беседу с их горе-мамашей. В двенадцать лет дети уже, вообще-то, должны знать хотя бы название страны, в которой живут, а не выдумывать «Огненные Архипелаги» на ходу.
«Итак, где же я мог оказаться?» — принялся размышлять, сканируя взглядом пейзаж. Судя по природе — что-то между Японией и Кореей. Хотя, если честно, я в культуре восточных стран — так себе эксперт. Вот и гадай теперь, на чём спотыкаюсь — на японском бамбуке или корейском. Если бы был телефон, я бы уже нащёлкал миллион фотографий, налепил креативные подписи и открыл блог с виртуальными экскурсиями. Назвал бы что-то вроде «Потерянный, но позитивный» . Представляю, как туристические агентства лопнули бы от зависти.
Причудливые деревья блестели на солнце лакированными листьями, местами встречались заросли бамбука, а вот под ногами — сюрприз — шелестела розовая трава. Я даже глаза протёр на всякий случай. У меня бы сейчас не хватило уверенности объяснить, как работает фотосинтез, но, кажется, у этой травы серьёзные проблемы с хлорофиллом. Или кто-то перепутал палитры.
Узкая дорожка внезапно расширилась, и мы вышли к рыбацкой деревне. Часть деревянных домов стояла на прочных сваях, часть располагалась на земле. Черепичные двускатные крыши изгибались краями вверх, словно крылья птиц, а там, где должны быть окна у домов, белоснежными квадратами сияли вставки из рисовой бумаги.