Почему так решил? Да потому что девушка могла для торга… или что вернее, шантажа использовать любой мой секрет — у неё они все. Да что там, одного упоминания о Четверге, которого не было — и я согласился бы на всё. А так, это лишь способ привлечь моё внимание. Болезненно. Ехидно. Нагло. В стиле Брута… с заботой.
— Я отказываюсь, — приговорил эту тему. — Моя работа, как Критика — это разбираться с проблемами. И не удивлюсь, если часть их будет уровня континентального катаклизма. Или мирового бедствия. Я повеселюсь во всех них!
— Если ты не уйдёшь из Критиков, то станешь причиной самого опасного из возможных концов мира! И я даже не могу предсказать, как обойти это из-за твоего сокрытия будущего!
— Вот и прекрасно! Значит, увижу шоу из первого ряда! Я главный герой этой истории, и пока читатели будут верить в меня, я пройду свой путь, — улыбнулся, кажется, с лёгким безумием.
— Ты безнадёжен… — покачала головой девушка. — Что-то никогда не меняется.
— Меняется. Я начал раньше ложиться спать. Старость — не радость! У тебя есть, куда кости бросить?
Или почему работать с психами комфортно? Часть 1
Обломки асфальта, частично оплавленные, врезались в бок машины, за которой я скрывался, и упали, не сумев ни снести, ни пробить, ни перехлестнуть преграду, лишь обдав меня жаром. Но не успел тот спасть, как в металл машины ударила длинная очередь, оставляя рваные отверстия, причём с моей стороны… машина вообще не очень хорошее укрытие от обстрела, что бы не утверждал кинематограф. И даже Вера тут не поможет. Меня спасало только то, что я прятался в области двигателя и не только обильно потел, но и вжимал голову в плечи до хруста позвонков.
— Не сиди на месте, — рявкнул, подползая по-пластунски, командир. — Чем дольше ты здесь прохлаждаешься, тем больше времени у снайпера или группы поддержки врага обойти тебя. Если тебя обнаружили, то не переставай двигаться!
— Там немного пулемёт работает. Мой иммунитет действует только против воплощений, а от пуль у меня прививки нет, — прохрипел я и вжался в борт машины ещё сильнее, мечтая получить способность если не сливаться с предметами, то хотя бы получать их прочность. — Кроме того, моя нога…
Без лишних слов кивнул на конечность. Кровь размеренно выплёскивалась из бедра с каждым ударом сердца. И это несмотря на перевязку… наверняка перебита артерия. Единственное, что радовало: боли я пока не чувствовал. Скорее всего, болевой шок, но это ненадолго.
Командир — которого, кстати, зовут Оркестр — лишь выругался, а затем приложил руки к моей ноге. Практически сразу же его ладони окрасились алым, а я почувствовал тепло.