Поднимаю голову и смотрю на Дэймона.
Он спокоен.
Наклоняется ко мне и целует в уголок губ.
– Пора идти, моя принцесса, – произносит он и тянет меня к двери. В последний раз смотрю на лежащего Рейнара и склонившуюся над ним Арвен. Святые небеса, только бы он остался с нами.
На деревянных ногах иду рядом с моим принцем, крепко держу его за руку, пока сердце колотится так, что в груди больно.
Дракон Дэймона свободен, и он защищён от сильной магии нашей истинной связью. Но, если ведьмак Эллиас готовился к этому дню, не сомневаюсь, что нашёл другой способ навредить ему.
Когда выходим на улицу, нас встречает холодный ветер, он неприятно обжигает щёки и развивает волосы. Здесь среди небольших домов вдруг становится слишком людно, и когда мы появляемся на каменной дорожке между домами, ловлю на себе множество взглядов.
Небо медленно заплывает тяжёлыми, тёмными тучами и его то тут, то там рассекают молнии.
Проходим вперёд, туда, где стоит ведьмак Эллиас. Его тёмные волосы распущены, а пряди треплет ветер. На лице застыла маска безразличия, хотя брови нахмурены, а губы сомкнуты в тонкую линию. Сквозь его расстёгнутую до середины груди чёрную рубашку я вижу, как его узоры на груди и шеи становятся всё ярче и в какой-то момент, будто начинают светиться.
Ещё один раскат грома раздаётся прямо над нашими головами, и я осматриваюсь. Толпа, что собралась вокруг, начинает перешёптываться, и до меня долетают лишь обрывки фраз.
– Чувствую, что твой дракон свободен, принц Дэймон, – произносит Эллиас и криво улыбается, – Признаюсь, что до последнего не верил в это. Как же вам удалось? Я был уверен, что без своей магии твоя девчонка настолько бесполезна, что ты её даже не почувствуешь.
Дэймон крепче сжимает меня и делает глубокий вдох.
– Эйдэн уже рассказал мне о том, что это ты помог ему запереть моего дракона.
– Да, – говорит Эллиас и широко улыбается, – Я был тем, кто посеял между вами вражду, принц Дэймон. Если бы ты только знал, как твой брат боролся с собой и своей завистью каждый новый день, но когда оставался один, тонул в этих эмоциях. Впервые я почувствовал это и понял, что Эйдэн именно тот, кто даст отсчёт моей мести. Он изо всех сил пытался быть справедливым и благородным, – а теперь он смеётся – А потом я сказал ему, что чувствую в тебе дракона.
– В чём я виноват перед тобой? – спрашивает Дэймон
– Ни в чём. Я просто настолько возненавидел твоего отца, что мечтал уничтожить не только его, но и всё, что он сумел создать и оставить после себя. Я был даже готов обратить королевство в огонь, лишь бы почувствовать радость отмщения.