– Ульяна… – поднимает на меня огромные янтарные глаза.
Красивая. Рот тут же наполняется слюной.
– Всеволод Борисович, – растягиваюсь в улыбке, не желая отпускать нежную ладошку.
Да что со мной, блядь, такое? Я всегда выпроваживаю женщин после секса. Может, дело в том, что именно его у нас с Улей и не случилось?
Пытаюсь успокоиться. Она подруга моей дочери. У нас огромная разница в возрасте. Я просто не имею права думать о ней, как о женщине.
Но почему тогда по телу проходит волна дрожи от взгляда ее больших и таких невинных глаз?
– Тебе идет моя футболка, Ульяна, – произношу так, чтобы слышала только она.
Девчонка вздрагивает.
– Кстати, мы собираемся в «Санрайз», – подает голос дочь Ваньки, – пап, приглашения в ВИП зону достанешь?
Мы с другом переглядываемся.
– Зачем вам туда? – хмурится Иван. – Посидели бы дома. Тут бухать безопаснее.
– Потому что мы хотим, чтобы Уля расслабилась и снова почувствовала себя желанной! Мы же не будем ни с кем ничего делать, – встревает моя Ирка.
Стискиваю зубы. От одной мысли, что это сладкое тело будет вытанцовывать в самом элитном и порочном клубе столицы, мне хочется посадить Ульяну дома. И дочку заодно.
Но я знаю, что моя Ира ответственная и умная девушка. Она не станет ложиться под мужика в клубе. Насчет Ули я не уверен… вернее, не так.
Ее сердце разбито, и она может на эмоциях поверить какому-нибудь мажору. Этого я допустить не могу.
– Ладно. Но в одиннадцать дома, – отрезаю, затем иду к кофеварке.
Прохожу мимо Ульяны, вдыхаю ее нежный сладкий аромат.
– Ну, пап! Там в десять только все самое интересное начинается! – канючит Ира.
– Иначе никуда не поедете! – прикрикиваю. – Вы три молодые девушки. Одни будете в этом чертовом клубе.
– Я попрошу Степана проследить, – хмыкает Ванька, – не волнуйся. Тем более там ВИП зона отдельно. Выделят им охранника, и ни один мажор не подкатит.
– ЭЙ! – Катя надувает губы.
При этом Ульяна сидит, опустив глазки на свои колени. Такая вся хорошая девочка. Которая еще ночью вжимала лицо Ивана в свою промежность и требовала лизать активнее.
Бляяядь…
– В двенадцать! – торгуется Ира, сверкает глазами. – Уле нужно развеяться! А мужское восхищение прекрасно поднимает самооценку!
– Ладно. Но ни минутой позже. И проследите, чтобы Ульяна добралась до общежития без проблем. А лучше пусть переночует здесь.
– Хорошо, папуль! Ну, мы пошли! – девочки загружают посуду в мойку, хватают Ульяну и утаскивают ее с кухни.
– Изменил, значит? – рычит Иван, делая себе кофе. – Какой мудак изменит такой девочке?
– Тупой мажор, – хмыкаю, – наверняка. У мужиков в таком возрасте напрочь отсутствуют мозги. Они хуем думают, и лучших девочек портят. А потом удивляются, почему вокруг одни стервы.