— Яра, вернись… Яра…
Ей снился глубокий мужской голос, наполненный тревогой и беспокойством. Голос звал и был очень знакомым. Вот только Ярослава никак не могла вспомнить, кому он принадлежит.
— Яра, поверить не могу, неужели ты уснула? — звонкий голос подруги вырвал Ягодку из сна и она медленно приоткрыла глаза.
И правда задремала. Сидя на диване в их гостиной.
— Кажется, ты слишком долго собиралась, — прикрывшись ладошкой, Ярослава зевнула.
— Аха-ха, ну прости, подружка, — Гера широко улыбнулась, — я хочу выглядеть на сто баллов при встрече с Эшем.
Медленно кивнув, Яра оглядела комнату. Тут все было как обычно. Все тот же песочного цвета ковер. Диван с мшисто-зеленого цвета обивкой и яркими желтыми подушками. Пара кресел на изящных ножках, низкий журнальный столик с вырезанной по краю лозой дикого винограда. Широкий подоконник у трех окон в ряд. Светлая краска на стенах, на которой Яра сама, своими руками рисовала цветы и птиц, а Гера добавила всякой зелени. И три двери. Одна вела в общую спальню. Вторая в небольшой кабинет, в котором они с Герой готовились к занятиям. Третья дверь была входной. Рядом с ней стояла вешалка для верхней одежды, невысокий комод, а напротив висело большое ростовое зеркало. Это была их гостиная. Вот только Яру не отпускало ощущение, что ее здесь быть не должно. Хорошенько разобраться в своих мыслях ей не дала подруга.
— Яра, Яра, идем скорее! — Гера стояла у зеркала и вертелась перед ним, поворачиваясь то одним, то другим боком.
— Да, я сейчас.
Поднявшись с дивана, Яра сделала несколько шагов и замерла посреди комнаты. Что-то было не так и она никак не могла понять, что именно. Первое, что смущало, была странная слабость. Каждый шаг давался с трудом, как будто подвиг совершила, а не преодолела пару метров от дивана.
— Ну ты чего? — подруга, обернувшись, кинула на Ярославу нетерпеливый взгляд. — Как думаешь, Эшу понравится мое новое платье?
Дриада выглядела как всегда изумительно. Глаза горели от нетерпения, на щеках обозначились ямочки, радостная улыбка красила девушку лучше всякой косметики. В ее волосах как обычно цвели цветы, а нежно-зеленое, цвета весенней травы, платье подчеркивало плавные изгибы женственной фигуры. Подол льнул к ногам, не открывая, демонстрируя линию бедра.
— Понравится, — Яра кивнула, нахмурившись, — ему все твои платья нравятся. А вы разве не расставались?
Что-то такое билось в голове, но она никак не могла поймать ускользающую мысль.
— Мы? Расстались? — Гера расхохоталась. — Да что с тобой, Яр? Я думаю, не сегодня-завтра мой любимый Эш сделает мне предложение. О каком расставании может идти речь?