— Сейчас вернется. Они в магазин пошли, что-то там срочно купить нужно было.
— Все вместе?
Яра все меньше понимала что происходит. Было слишком непривычно вернуться домой, где ее вместо мужа встречал Стив.
— Почему все вместе? Чтобы я тут по твоему делал, если бы Дан всех с собой забрал?
— Та-ак.
Пройдя в гостиную, Яра оглядела небольшой погром и закусила губу чтобы не рассмеяться. У окна лежал разбитый цветочный горшок. Земля на полу, рядом следы кошачьих лап. Кажется цветок совсем недавно поливали, потому что сейчас младший сын, Ванька, самозабвенно размазывает по себе комья влажной земли, не забыв окутать растение защитным коконом. То есть цветок, выращенный мамой был цел, ребенок счастлив, а вот нянька-Стив должен был не только убирать за котом, но и купать упрямого мальчишку трех лет, который терпеть не мог купаться с кем-то кроме папы. Теперь ей стало понятно, почему Стив был так не доволен.
— Упс? — Со смешком спросила Яра.
— Ма! — ребенок бросил землю на пол и поднявшись на ноги, кинулся обниматься с Ярой.
— Привет родной мой, — обняв мелкого, Ягодка наклонившись зарылась носом в рыжие волосы.
От сына пахло чем-то сладким. А еще землей. И счастьем.
— Стив ругасься!
— Ругается?
— На Мефо, — серьезно кивнул малыш.
— Наверное потому, что наш кот тут устроил упс?
— Не, — махнул рукой Ваня, — цап цалап. Больно. Стив ругасься.
— Мефистофель тебя поцарапал? — Яра сильно удивилась.
Кот у них конечно был с характером, но чтобы Ваньку царапал? Да быть такого не может. Мелкого кот обожал. Только ему было позволено таскать животное за хвост и говорить, что Мефо это коврик. При этом оба были абсолютно счастливы. Именно с Ванькой Мефо спал в одной кровати, чутко охраняя сон маленького хозяина. Именно его слушался так, как не слушался больше никого в доме. Что не удивительно, в отличие от мамы, Ваня был магом жизни, который мог управляться не только с растениями но и со всеми зверями.
— Меня он поцарапал, — внес ясность руководитель городского отделения Братства, — это не кот, а чудовище!
— Стив плохой! — категорично заявил ребенок.
— Нет, нормально? Я тут с ним играю и я же плохой.
— Ну ты обидел его лучшего друга, — смеясь ответила Яра, — так что ничего удивительного.
— Вот скажи мне, Ярославна, почему я из раза в раз это терплю?
Отпустив сына, Яра поманила за собой грозного мужчину. Кажется ему не помешает выпить чая. Да и ей с дороги тоже.
— Что именно ты терпишь?
— Все издевательства ваших с Даном детей!
— А, — доставая кружки, Яра отвернулась от друга семьи и спрятала от него улыбку, — потому что вы когда-то объявили меня сестренкой. Всем своим Братством. Вообще всем. И считали себя в праве лезть со своей опекой в мою жизнь. Воспитывали. Присматривали. Вмешивались.