— Да брось! — не поверил Алексей.
— А я тебе говорю, — подтвердил Вадим, — тут одна девка, участница слёта, что-то начудила в Черноморском. Когда её брали, призналась, что она агент английской разведки, и потребовала доставить её в КГБ. Вот генерал и занервничал, решил, что сдаст его с потрохами. На ней его и взяли. Подробностей у меня нет, но всё так и было. И генерала как резинкой стёрли. Только слухи остались.
— Ничего себе! — присвистнул Алексей. — А кто вместо него сейчас?
— А никого, прислали временно исполняющего обязанности, а через две недели и его убрали, так что место вакантно, если нас всех не расформируют на хрен и не отправят в тундру оленей охранять.
— С чего бы это?
— С чего бы? Вот именно с чего бы, — сказал Вадим. — У меня на складе патроны поштучно пересчитали, прикинь! Как будто я эти гранаты запечатывал.
— Какие гранаты? — переспросил Алексей.
— А, ну да, ты ведь и про это ничего не знаешь. Я получил по разнарядке учебные гранаты для школ нашего района. Они в ящиках запечатанные, на ящике пломба, маркировка, всё есть. Ну и скажи, за каким лешим я должен был их распечатывать? По ящику на школу, в ящике две гранаты. Зачем распечатывать? Я здесь принял, приехал представитель, я сдал. Всё провёл, отчётность подготовил. Ну и один ящик временно на слёт ушёл, а одна граната оказалась боевой. Ну и при чём здесь я, спрашивается? Трясти нужно тех, кто опломбировал эти ящики. Так нет, давай всё на Зиновьева спишем. Кроме прапорщика, виноватых больше никого не нашли. Ну и что, что я завскладом? Если я каждый ящик буду вскрывать и проверять наличие, а потом поштучно отписывать, представляешь, сколько у меня документации появится? В десять раз больше! А мне кто-то помощника дал? Нет такой должности.
— Погоди, — Алексей наморщил лоб, — среди учебных гранат боевая оказалась?
— А я о чём толкую? Рванула на слёте среди толпы участников. Просто чудом никто не пострадал, ну окромя какой-то девчонки. Говорили она накрыла гранату собой. Кто видел рассказывал что её подбросило взрывом, а когда перевернули смотреть было страшно, — Вадим поморщился, — даже лицо и ноги кровью залило, представляешь? А от одежды одни лохмотья остались. Порвало в клочья. Ну и причём здесь я, скажи? Все учебные гранаты по школам начали шерстить и представляешь, в Кировском совхозе, в школе ещё одну боевую нашли. Это хорошо что лето. А пришла бы осень. Ещё бы по школам взрывы гремели. Так меня здесь допросами по пять часов в день затюркали. Вроде уже разобрались, комиссия в Симферополь переместилась, а вчера звонок. Мол не могли бы вы подъехать в военную прокуратуру в Симферополь. Вроде просьба, а попробуй отказать. И где Черноморское и где Симферополь, спрашивается? У майора Истомина дембель погиб при взрыве бензовоза, а ему звёздочку и повышение, а мне строгача с занесением, хотя разобрались что я ни при чём, а командир своей властью наградил. Ну, где справедливость?