Конечно же, мальчики не слушаются меня, то и дело хотят вывернуться. Роль злого полицейского у нас играет Карим. Воспитывая сыновей настоящими мужчинами. Это я могу позволить им все, а муж – нет.
Заходим в частную клинику. К сожалению, после разгромной статьи Клавы об одной из городских больниц нашего района ее там не сильно любят.
Подруга лежит в отдельной палате со всеми удобствами. Но в гипсе.
Да, Клава стала очень востребованным журналистом. Ее статьи всегда сенсационные. Но вот иногда она оказывается в очень экстремальных ситуациях. Как, например, недавно, когда за ней бежали охранники склада, где хранилось оружие. Конечно, она успела удрать, но сломать ногу – тоже. Поэтому сейчас находится в больнице.
– Клява! – кричит Глеб, сразу же подбегая к сестре. Да, эти двое любят друг друга. Хотя Егор тоже любит сестренку.
– Мои Чебурашки! – Клава тоже рада видеть братьев. Она сразу же начинает их крепко обнимать, целуя, а те трут щеки в местах, куда она их поцеловала.
– А мы тебе пинесли фуктов, – с гордостью произносит Егор и как настоящий мужчина кладет пакет на тумбочку. Я распределила им гостинцы для Клавы поровну, чтобы не тяжело.
Карим научил их, что маме нужно помогать, поэтому они всегда берут у меня пакеты.
– Спасибо, мои силачи, – она треплет каждого по волосам. Цветом волос они, кстати, оба пошли в папу. Егор больше похож на отца, точная копия, а вот Глеб взял немного и от меня. – Слушаетесь маму?
– Дя! – уверенно произносит Глеб, самый шалун.
– Какое, – качаю головой, улыбаясь. – Мальчики, хотите сок?
Те сразу же смотрят на меня.
– Дя! Дя! – громче всех кричит Глеб.
– Так! Глеб, ты кричишь, хотя я тебя предупреждала, поэтому денежку даю Егору. Купите сок в автомате.
Достаю из сумки несколько купюр. Автомат я видела напротив палаты, поэтому и предложила, хочу немного поболтать с подругой.
Егор с важным лицом принимает деньги, и оба малыша бегут к автомату.
– Как у тебя дела? – спрашиваю я.
– Да ничего, хотя пиздец все чешется, а мыться нельзя! – да, Клаву это убивает больше всего.
– Ну, не нужно было забираться в такую глушь, написала бы о чем-то другом, – с улыбкой произношу я.
– Ой, ты как папа, – закатывает она глаза.
– Ну, я с ним уже шесть лет живу, и да, полностью согласна с ним.
– Ну еще бы! – тут она немного встрепенулась и посмотрела куда-то позади меня. – Ой, а вот и наш любимый доктор пришел!
– А ты все так и язвишь, Клава? – слышу знакомый голос. Оборачиваюсь – Никита! – Может, тебе еще рентген языка сделать?
– Только после вас, Никита Александрович.
– Привет, – говорю первая.