Мы садимся за стол. Напряжение немного угасает, благодаря бабуле. Которая начинает болтать с Каримом, словно они давние друзья.
Вечером мы решаем остаться на ночь у них. Билеты обратно у нас только на завтра. Мы планировали заселиться в гостиницу, но родители оказались против, ведь у меня есть своя отдельная комната.
Хотя вдвоем на моей полуторной кровати все же тесно. Но Кариму это не мешает.
– Нет, мы не будем делать это, пока мои родители спят в соседней комнате! – шепчу я, чувствуя, как руки мужчины забираются под мои шортики, каменный стояк трется между половинками.
– А мы очень тихо, Анна, – кусает он мою шею, посылая волну мурашек.
Наглые руки уже забираются в трусики.
– Кто-то уже течет, – растирает влагу по раздутому клитору. – А говорила, что не хочешь.
– Мм… ты меня вынуждаешь, – сдерживаю стоны, потому что стены у нас почти из картона.
– Да неужели? Может, мне тогда прекратить? – и он быстро убирает руку, оставляя меня на грани.
Нет! Смотрю на него и вижу, как ему нравится так со мной играть. Заставляя молить меня об оргазме.
– Спим? – невинно произносит он.
– Ты специально делаешь это! – хочется обидеться и сказать, что спим, а еще, наоборот, попросить продолжить, и плевать, что родители за стеной. – Хочу…
– Хочу что? – словно не понимая, спрашивает он.
– Трахни меня, – знаю, какого он ждет ответа.
– Какой грязный язычок, Анна. Похоже, я плохо на тебя влияю, – он тянет боксеры вниз, выпуская свой член. – Сядь на него сама.
Мне приходится это сделать, направив его внутрь себя. Выгибаюсь, когда он входит весь в меня. Даже за месяц я не привыкла к его размеру, и сейчас он снова растягивает мои мышцы.
– Сними ее, – приказывает Карим и тянет вверх сорочку. – Хочу видеть твои сиськи.
От его пошлых слов я начинаю течь еще больше. Снимаю все, остаюсь перед ним полностью обнаженной.
– Давай, Анна, ты же хотела взять его сама, доведи себя до оргазма, – приходится привстать и опуститься опять, чтобы наконец-то почувствовать такое желанное трение. Карим не хочет помогать мне, и через несколько минут я чувствую, что мои ноги начинают дрожать от нагрузки.
Дыхание перехватывает. Кусаю губы, но мои всхлипы все равно слетают с губ.
– Тебе нужно быть тише, Анна, если не хочешь, чтобы твои родители услышали, как хорошо их доченьке на моем члене, – он привстает, начиная всасывать кожу на шее. – Как она жадно всасывает его этими губками. Течет, как последняя шлюха… Моя шлюха!
Он наматывает мои волосы на кулак, сжимая, всасывая, кусая мои губы. Глотая стоны. Я царапаю его плечи, зная, что это заводит его, веду ноготочками по кубикам пресса… И все, с рыком Карим переворачивает нас, так что я оказываюсь под ним. Он берет меня за бедра, оставляя свои следы, заставляя максимально прогнуться. Приходится кусать подушку, чтобы не стонать в голос, потому что Карим теперь не щадит меня. Темп его толчков становится просто бешеным. Моя кровать надрывно скрипит, точно не ожидая, что ее владелица будет заниматься таким. Но сейчас мне хорошо. Только Карим может довести меня до оргазма, так что через несколько секунд я просто теряю связь с реальностью. В глазах темнеет, а тело словно не принадлежит мне.