— Жесть.
— Хуже. Таковы наши реальные перспективы, — уточнил я. — Из этой ситуации в настоящий момент есть только один выход — заткнуть принципы куда поглубже и идти извиняться. Нравится тебе, не нравится — надо. Об одном только жалею — нет здесь какой-то лавки или магазинчика, я бы в ней еще и шоколадку самую большую купил, как дополнительный аргумент к твоему «извини, пожалуйста». Или бутылку «мартини».
Инна внимательно дослушала до конца, но от комментариев воздержалась. Вместо этого она молча пару минут смотрела на меня, потом вздохнула, легла на кровать и повернулась лицом к стенке.
— Ужинать пойдешь? — миролюбиво осведомился у нее я, но ответа так и не дождался.
В принципе, конечно, в столовую сходить следовало бы, ибо есть хотелось, но вот на этот раз я свою напарницу одну решил не оставлять. Если уж поститься, так сразу обоим. Потому что не просто рядом, мы еще и вместе, что бы она там себе ни напридумывала.
Не знаю, что творилось на ужине, но за завтраком все обсуждали две по-настоящему громких новости. Первая — Кира с Валерой отправили своего постояльца на выписку из отеля. Причем, что любопытно, посреди ночи. Деталями они еще ни с кем не делились, известно только, что мужчина при оформлении документов вытирал слезы, катящиеся из глаз, и грустно шмыгал носом.
Вторая новость и вовсе тянула на сенсацию — сегодня же ночью чуть не изнасиловали нашу маменькину дочку Ольгу. Их жилец реально оказался психом, вырубил Павла, когда тот, находясь в номере, повернулся к нему спиной, после сцапал его напарницу и, меля какую-то чушь про мессу и грехи земные, стал с нее одежду стягивать. Более того — почти преуспел в своих намерениях, поскольку Ольга поначалу, конечно, отбивалась и орала, но в какой-то момент по слабости своего нутра все же сомлела и мысленно смирилась с происходящим. Не окажись у ее напарника голова такой крепкой или свяжи его этот утырок, точно бы у бедолаги одной психологической травмой стало больше. А их там и так будь здоров сколько.
Но все обошлось. Паша поганца вырубил и связал его же ремнем. Причем, что характерно, не просто так, а «ласточку» изобразил, это когда руки и ноги вместе стягивают. Жесткий вариант, между прочим, который наводит на некоторые мысли о его земном прошлом.
Кончилось все совсем уж неожиданно. Когда Аристарх узнал о случившемся, то очень взволновался, забрал у них из номера этого шизика и лично отвел на цокольный этаж. Запер он его там или еще куда определил — неизвестно, но было именно так. Ну а по возвращении управляющий принес ребятам глубочайшие извинения, отвел в бар, который открыли по его личному распоряжению, напоил кофе, причем с десертами, а после собственноручно поставил им плюс на доске показателей.