— Я? Я нормально, — ответила она и сильно потерла руками в перчатках лицо.
Ее тонкая кожа сразу покраснела под шершавым кевларовым покрытием. Точно, пока она еще «в боевом бешенстве», не показатель. Правда, важно другое — она стала в это состояние входить, а это делает ее бойцом. И теперь я уже никому не рекомендую смотреть на ее субтильность и полудетское лицо — можно очень сильно просчитаться.
— Скажи мне, — заговорила она, — это нормально, что мы вот так начали по ним стрелять? Они ведь совсем не ожидали.
— А что, надо было дать им сперва понять, что мы будем стрелять? — вместо ответа спросил я.
— Нет, но… Они же ничего не делали плохого вроде бы…
— Верно, — кивнул я, — пока не делали. А как ты думаешь, они собирались делать плохое или нет?
— Да, но…
— Что? А если бы они уже начали делать нам плохо — мы бы отбились?
— А если бы не начали? — парировала она.
— А ты сама в это веришь?
Дрика задумалась. Глубоко, минут на пять, я даже подумал, что она уже не ответит, хотя бы из принципа. Но она ответила:
— Нет, не верю.
— Значит, мы все сделали правильно — это был наш единственный шанс. Остается надеяться, что никто не прилетит следом в Ла-Порт: мы сдуру назвали место точно, где нас искать. И в навигаторе «сессны» координаты остались, я же не стирал ничего.
— И что делать? — заметно всполошилась она.
— Быстро оттуда сваливать. Очень быстро, не теряя ни минуты.
— А получится?
— Должно получиться. Кстати, что там в салоне лежит, успела глянуть?
— Нет, даже не сообразила.
Центровка центровкой, но любопытство тоже вызывает беспокойство.
— Посмотреть? — сразу предложила она.
— Если нетрудно.
— Нетрудно.
Везет. А я бы застрял. А она вот раз — и уже в пассажирском салоне. Шуршание разворачиваемого брезента, шорох синтетической ткани, вжикание «молний». Затем ее голос:
— Здесь автоматы, десять штук. Пять длинных и пять совсем коротких.
— Это каких? — оживился я, нажал кнопку автопилота и сам взгромоздился коленями на сиденье, обернувшись назад.
Она показала на разложенное по полу оружие. Точно, пяток М-16А2 и еще пять коротких «коммандо». Все с виду новое, но модели устаревшие, с несъемной рукояткой, явно со складов резерва. Были запасные магазины, целая сумка, были и патроны. Интересно, что там в багажнике? Большие сумки в отсеке, отгороженном от салона сеткой из широких синтетических лент, способных выдержать любую нагрузку.
Дрика вскарабкалась на заднее сиденье, покопошилась, сопя и, кажется, время от времени ругаясь по-фламандски, затем сказала:
— Патроны, во всех сумках, в таких же пластиковых упаковках, как у нас.