— Меня зовут Джон. Джон Мак-Кинли, как убитого президента. Я был шерифом в этом округе, а теперь возглавляю охрану аэродрома и поселка.
— Поселка?
— Там, за церковью, несколько кварталов домов и трейлеров, — показал он рукой в темноту. — Нам удалось все оградить, и теперь там живут люди.
Машина рыкнула двигателем и рванула с места, направившись в сторону терминала аэропорта.
— Как поговорили с Преподобным? — спросил Мак-Кинли. — Я уже слышал, что вы хотели поменять самолет.
— Хорошо, — ответил я. — Завтра нас должны отвезти в Индепенденс.
— Отвезти? — вроде как немного удивился он. — Кто?
— Не знаю, — пожал я плечами. — В этом что-то неправильное?
— Все эти поездки до Индепенденса организовываются через меня, а мне никто не сообщил.
Самолет выскочил на летное поле и покатил по гладкой, как зеркало, рулежной дорожке. Угловатое современное здание терминала приближалось. А я немного задумался. Преподобный мне все же не нравился. Здорово так не нравился, до крапивницы и тошноты. И если от такого человека зависит твоя судьба, а он начинает поступать странно — повод насторожиться. Я даже бросил взгляд на наш самолет — так, на всякий случай, и почувствовал, как холодеет спина: самолет стоял в стороне, задвинутый грузовиком. Его явно поставили так во избежание самовольного нашего отлета, иначе не объяснишь. Бывший шериф тоже глянул в ту сторону и хмыкнул. Затем вдруг остановил машину и повернулся ко мне.
— Я вот что тебе скажу, парень, — начал он. — Нашему Преподобному я бы на твоем месте не слишком доверял. Этот парень раньше катался по всему штату со своим молельным балаганом и собирал деньги с доверчивых идиотов. Ставил шатры, открывал свою ярмарку, а потом с ним были вечные проблемы.
— Теперь он ваш босс? — спросил я.
— Не знаю, если честно, — ответил Мак-Кинли. — Он здесь все же духовный лидер, но люди ему подчиняются.
— Я заметил — даже казни устраивают.
Мак-Кинли задумчиво пожевал, затем сплюнул длинной желтой вожжой слюны. В воздухе запахло табаком. Затем он сказал:
— Преподобный жесток, верно. И его наемников я не люблю, это ублюдки из какой-то частной компании, не знаю уж, как они там договорились. Но пока от него страдали адвокаты, банкиры, гомики и даже политики. Те, кто довели эту страну до того, что она не сумела защититься. Великая страна, парень, а проиграла тупым мертвецам… — Подумав немного, он добавил: — А простым людям с ним легко.
— А где он берет «грешников»? — уточнил я.
— По-разному, — пожал он плечами. — Много беженцев к нам до сих пор прибивается. На дорогах появились заставы, там опрашивают проезжих и некоторых задерживают. Короче: мне их не жалко, это не поссорит меня с Преподобным.