Сразу же за «фордами» показалась стоянка «доджей», на которой уцелело несколько машин, только в плохой кондиции — горелые или разукомплектованные. Тут какая-то драка опять случилась, потому что на песочного цвета задней стене автосалона было множество отметин от пуль.
Было напряжно и нервно — расслабиться все равно не получалось, хоть какой-то существенной угрозы для нас я не видел. Дорога ширины невероятной, да еще и с просторными обочинами: не заблокируешь. Людей нет, для мертвяков мы неуязвимы, и чего так нервничать?
Давил на сознание вид брошенного и погибшего города. То же самое ощущение, которое я испытал, проносясь через Юму на угнанном «мерседесе»: ощущение того, что хоть ты и в городе, построенном людьми, но уже не на людской территории. Смерть ее захватила и предъявила на нее свои права. А тебе на это и ответить нечем — остается только смириться.
Мотели с двух сторон добротные, с большими бассейнами — не для водителей грузовиков из тех, что держат обычно индийцы, где номера по сорок долларов, а простыни на кроватях хорошо если поменяют раз в неделю, — а вполне нормальные, для туристов. Магазины, затем замелькали частные дома.
— Что это? — вдруг спросила Дрика, дернувшись и указав рукой куда-то налево, в свой сектор наблюдения.
Я повернулся, но поначалу решил, что она указывает на двух мертвяков, сидящих под стеной в тени. Странно: тут таких хватает — не та картина, чтобы какое-то особое внимание привлекать. Но затем понял, что она имеет в виду, — прямо за густым кустарником, почти невидимая с дороги, расположилась какая-то длинная и гибкая тварь, медленно двигающаяся на пружинисто согнутых ногах и почти вытирающая брюхом землю. Рассмотреть что-то еще, кроме странного, непривычного для человеческого глаза силуэта, было невозможно.
— Что это? — спросила девушка.
— На дорогу смотри, врежемся, — сказал я ей. — А вообще это… мутант, не знаю, как еще эту дрянь назвать.
— Это был человек?
— Не уверен. Могла быть собака, например, — ответил я и добавил: — Как мне кажется. Так, на бегу, и не узнаешь.
— Откуда они берутся?
Я попробовал изложить ту теорию, которую нам удалось для себя составить:
— Если мертвец добирается до трупов одного с ним вида, которые не восстанут, с простреленной головой например, то он отжирается в такое вот существо. Чем больше съест, тем страшнее, сильнее и опасней он станет.
— Ты их видел раньше?
— Дважды сталкивался. Один раз с Джеффом, а один раз сам. В обоих случаях чудом уцелел.
— Их много?
Голос напряженный. А я ее прекрасно понимаю — даже эта тварь, мельком увиденная, пугает очень здорово. Это из машины и проездом, считай, в полной безопасности.