— Как же хорошо, Селин, — прошептала Самия, укладываясь рядом со мной. Она, подложив руки под голову, тоже стала наблюдать за падающими звёздами, — я чувствую Силу, природу, всё вокруг нас дышит, живёт.
— Я тоже, невероятные ощущения и с каждым днём всё сильнее.
— У тебя скоро инициация, — проронила Самия, перевернувшись на живот, обеспокоенно взглянула на меня.
— Была уже, в тот день, когда открылись браслеты, — тихо ответила я, внимательно наблюдая за ведьмой.
— Как? У тебя же только через две недели день рождения?
— Нет, мама почему-то скрывала ото всех этот день, — пожала плечами я, — не спрашивай почему, я не знала.
— Так это же здорово, значит… значит, и я? Я тоже выживу? — сиплым голосом прошептала Самия, с надеждой уставившись на меня.
— Уверена, что да, — кивнула я, успокаивая ведьмочку, — мы все выживем и постараемся разобраться, что случилось восемь лет назад и кто в этом виноват.
— Маги! — рявкнула Самия, напугав своим возгласом танцующих ведьмочек.
— Думаешь, так просто? Кто-то сделал так, что ведьмы стали терять силу. Почему они перестали пользоваться ей для себя, кто сказал, что нельзя?
— Не знаю — ошеломлённо прошептала Самия.
— Вот и я не знаю, но должны выяснить и прекратить. Смотри, чем больше мы стали использовать Силу, и не только для кого-то, но и для себя, тем мы становимся сильнее, я так точно.
— И я…
— Значит, ведьм умышленно ослабили, делая это постепенно, и лишь тогда пришли маги и, убив инициированных, заковали нас.
— Ты думаешь, среди ведьм была…
— Возможно, но только свои могут так всё изменить, извне ведьмами управлять было бы сложно.
— Надо поднять все записи, дневники старых ведьм.
— Надо, вот мы и займёмся этим, рано или поздно маги разведают, что у нас теперь нет удерживающих Силу кандалов, и к этому дню мы должны быть готовы.
Ни я, ни Самия не угадали. Корс оказался упрямее, чем мы думали. Его лодка появилась только через три дня, о ней мне сообщила ворона, а той доложила белка, взявшая на себя роль дозорного и гонца одновременно.
Шли к подплывающей лодке готовые ко всему, но не к тому, что увидели. Благо до берега было ещё слишком далеко, и наш громкий хохот, надеюсь, не был слышен.
К нам плыла Рапунцель, да… она самая, только вместо косы из лысой макушки кучерявилась длинная прядка волос размером с пятачок, плывя следом за лодкой, такой длинной она была.
— Доброе утро, господин Корс, за списком вернулись?
— Ты! — затрясся мужчина, но выговорить, как он мне благодарен, не смог, так переполняли его чувства.
— Я! И не нужно благодарить, вижу, как вы счастливы.