Она с силой провела ладонями по лицу, потерла виски и вдруг усмехнулась.
— А вы молодец, Грызлов. И, кстати, я не вижу ничего удивительного в реакции мозга, управляющего кораблем-маткой. Думается мне, его до вас никто и никогда качественно не посылал!
Мэри еще раз прошлась по классу, покачивая головой и что-то бормоча себе под нос. Остановилась. Потянулась, разминая усталые мышцы.
— На сегодня все. Отдыхайте, господа.
Она коротко поклонилась и направилась к выходу. Глядящий ей вслед Грызлов вдруг произнес, отвечая на вопрос, которого, похоже, никто, кроме него, не слышал:
— В любое удобное для вас вре… что⁈
Уже подошедшая к дверям, Мэри обернулась и подмигнула:
— Небольшая проверка, Егор. Вы не псих и, думаю, никогда им не будете, даже если и захотите!
Собственно, новых корветов было шестнадцать. Бельтайн предоставил в распоряжение Империи двадцать пять действующих экипажей и еще пятнадцать, команды которых составляли отобранные Мэри резервисты. Проверка показала, что профессор Эренбург не ошибся в своих предположениях, и тридцать пилотов пахали как проклятые, учась брать под контроль «объект ‘Доуэль». Этот последний имелся, к сожалению, в единственном экземпляре — тот самый, который Мэри достала с морского дна — и «работал» круглые сутки. Порой ей было искренне жаль несчастное… существо?.. но выбора не было.
С экипажами, впрочем, хватало проблем и помимо тренировок. В первый же день одна из прибывших действующих пилотов спросила Мэри, как ей нравится быть «адмиральской подстилкой». Ответ пришлось тщательно дозировать таким образом, чтобы и свою точку зрения до Тары Донован донести, и не вывести ее из строя надолго.
Однако помимо этого инцидента, который Мэри, в отличие от Никиты, посчитала скорее забавным, был еще один аспект, тревожащий ее. Одномоментное прибытие на «Титов» почти сотни очень красивых женщин произвело эффект разорвавшейся бомбы, и Мэри, скрепя сердце, была вынуждена снова проводить вводный инструктаж.
— Господа, — обратилась она к собравшимся в рекреационной зоне русским офицерам. Время было выбрано ею так, чтобы все бельтайнские экипажи были в разгоне. — У меня сложилось впечатление, что некоторые моменты нуждаются в дополнительном освещении. Причем немедленно, пока не случилось беды. Прошу вас не перебивать меня. Я намерена говорить о действительно очень важных вещах. Сначала — немного истории. Когда я была подростком, меня некоторое время всерьез занимал вопрос, почему судьба моей матери сложилась так, а не иначе. Потом стало как-то не до того, но… Сравнительно недавно я поняла, в чем заключалась причина, по которой она забыла об осторожности. Есть в русских офицерах что-то, смертельно — именно смертельно — привлекательное для бельтайнок.