Неясно и то, дотянутся ли свободные земли до Каменного Лабиринта, уцелел ли сам Каменный Лабиринт. Есть большие надежды, что у нас появится прямая дорога до земель Морлан, но лишь надежды.
Раз в неделю в лагере семьи Сломанного Клинка, что мы оставили позади уже много месяцев назад, один из старейшин выходит из зон запрета. Он проверяет нефриты Души нашего отряда и нефрит Голоса.
Сегодня мы и наши нефриты тоже вышли из зоны запретов. Через два дня, когда старейшина достанет их вторую часть, он узнает, сколькие из нас погибли. А ещё попытается связаться с нами.
Но это случится лишь через два дня, так что не знаю, с кем там Седой будет сегодня пытаться поговорить, а пока… Я догнал Седого и забрал у него Флаг. По-хорошему, мне бы сейчас нужно было отдохнуть: мы преодолели последнее испытание Древних, получили Ключ, с рассветом начнём давно распланированные дела, но… Я не мог уснуть.
Сегодня никто не мог уснуть.
Сначала я занялся своими ранами, затем помедитировал, восполняя силы, после долго глядел на Ключ и думал, а потом не выдержал и спустился вниз, во двор, где собратья разожгли костёр и сидели с вином.
Прошёлся вдоль всех, коснулся каждого, проверив уже их раны, особенно Дима и Талена, а затем сел рядом с Седым.
Он и не подумал предложить мне вино, а вот Дим наклонил голову к перевязанному плечу, негромко спросил:
— Глава? — и с намёком качнул своей чашей, заставив густое тёмное вино колыхнуться.
Я молча качнул головой из стороны в сторону, но ничуть не смутил его отказом, он просто подался назад, отхлебнул сам и завёл разговор о другом:
— Глава, а покажите ещё раз вашего Призрака.
Рутгош недовольно зашипел с другой стороны костра:
— Это ещё зачем? Оружие сделало своё дело, пусть теперь лежит подальше от нас.
Дим всё так же невозмутимо ответил:
— Интересно же, старейшина. Очень уж необычное оружие у главы, сильно отличается от всего того, что я видел раньше в битвах с сектантами.
Я едва не кивнул, подтверждая его слова. Я и сам сегодня, видя, как Призрак машет мечом для полётов, был ошарашен. Вовремя спохватился, что совершенно не место для подобных бесед.
Хотя, глядя на недовольное лицо Рутгоша, вдруг подумал, а почему нет? Забавно выходит, старейшины и тот же Седой уговаривали меня помочь Диму в числе прочих вне очереди, чтобы что-то там смягчить в отношениях между собратьями по семье. Вроде как, даже получилось, вино вот предлагает, беседы ведёт, а вот с Рутгошем всё испортилось едва ли не на пустом месте.
Но он, пусть и старейшина, стар. Мне нужно думать не только о сейчас, но и о будущем, разве не об этом мне на уроках раз за разом напоминали сами старейшины?