— Как скажешь, молодой глава, как скажешь.
Седой поднялся, с кряхтением отряхнул халат, сверкнул улыбкой, передавая мне кисет с флагами, и ушёл.
Я же просунул руку за ворот халата, нащупал нужный артефакт и толкнул в него немного силы и короткую мысль: «Я жду тебя к ночи». Которую я, к счастью, сумел дождаться в этом ещё одном бесконечном дне.
Его в уже почти целиком отремонтированный зал снова привела Дарая. Даже не знаю, как он искал её в сегодняшней суматохе и как убеждал орденцев-стражей, что должен с ней встретиться. Он талантливый человек. Добрался и ладно.
Мне снова не нужно было проверять, что именно Озман скрывается под этим лицом — мне хватало моей печати над его головой.
Озман дождался, когда я активирую обе формации, и только затем коротко поклонился:
— Глава. Поздравляю вас с присоединением к семье выходцев из Ордена.
Я внимательно оглядел символ Верность, написанный языком Древних, два цвета в Указе, а затем влил туда силы души, пропущенной через эссенцию Виостия, добавляя третий.
— Скажи, Озман, их присоединение повлияло на твои планы?
— Мои планы, глава? — переспросил тот и коротко ответил. — Мои планы — это служение вам. Я выбрал служить вам и буду продолжать служить.
— Вартол сообщит об орденцах в кланы Эрзум и Кунг, верно?
— Не сомневайтесь, глава, сообщит. Но только когда вы покинете город. Сам привыкнув решать вопросы силой, он всегда держит в уме, что и старшие фракции действуют так же. Он действительно боится, что они тут же пришлют отряд, который просто и незамысловато нападёт на вас. Он не рискнёт навлечь на себя их гнев.
— Мой советник утверждает, что они не поступят так, ограниченные установленными правилами.
— Я тоже считаю, глава, что если они решат покончить с Орденом, то сделают это там, где их никто не увидит. Например, в Каменном Лабиринте.
— Там их сдержат зоны запрета.
— Которые не позволят вам вызвать Стража на помощь.
— И которые обойдутся им слишком высокой ценой — в зонах запрета нет никого лучше бывших орденцев. Я не зря столько сил потратил на то, чтобы их уговорить.
— Тогда примите мои сожаления, глава, о том, что с вами осталась лишь меньшая их часть.
Я кивнул, принимая его слова, проверяя его Верность и думая, должен ли я сообщить ему, главе Знающих семьи, о том, что все орденцы в итоге остались со мной?
Он всё понял, невозмутимо спросил:
— Глава не доверяет моей Верности? Я верен вам, моему главе Иралу, я верен моей новой семье Сломанного Клинка и не замышляю ни против вас, ни против неё, готов отдать жизнь ради будущего моей новой семьи Сломанного Клинка.