— Что такое?
— Спасибо, — сказал она, зарываясь с носом под тёплое одеяло. — Прости… но могу я попросить тебя кое о чём?
— Конечно…
— Посиди со мной, пока я не засну, — прошептала она, высовывая руку наружу.
— Хорошо, — улыбнулся я и, выключив свет, пристроился на стуле рядом, охватив рукой её тёплую, практически горячую ладошку.
Ещё минут через пять тихого сопения и шуршания ткани я вновь услышал голос Нины.
— Я сделала тебе больно, — это был не вопрос, а констатация факта. — Прости. Я ужасна…
— Ничего страшного! — ответил я. — Спи!
И действительно прошло не так уж и много времени, как она провалилась в сон, тихо засопев носиком, в то время как я, высвободив, наконец, руку, вышел из комнаты, нос к носу столкнувшись с дожидавшейся меня опекуншей. Ольга Васильевна явно была не в духе, но, внимательно осмотрев меня с ног до головы, тихо произнесла:
— Молодец, Антон. Хвалю!
— Вы лучше парочку диагностических чар на меня наложите, — поморщившись и потирая стонущие бока произнёс я. — А то, кажется, мне сломали несколько рёбер.
Глава 17
С низким фырчаньем нагруженного мотора мой пароцикл мчался по кольцевой брильянтовой дороге, оставляя за спиной длинный белёсый шлейф медленно растворяющегося в морозном воздухе пара. Закованные по сезону в цепную сетку колёса аппарата легко вгрызались в намороженную корку, покрывавшую дорожное полотно, разбрасывая в стороны искрящееся на вечернем солнце ледяное крошево, а изредка встречающиеся свежие сугробы взрывались пышными облаками медленно оседающих снежинок.
Огромная и таинственная громада Кремля, словно зубьями окружённая небоскрёбами кланов-ближников княжеской семьи, медленно и лениво проползала справа от меня, затмевая другие высотки, а слева, где-то на горизонте между могучими стенами других родовых чародейских гнёзд, можно было разглядеть непрерывную белую полосу окружавшей полис стены. Впрочем, красоты Москвы интересовали меня в данный момент не так уж и сильно, всё же на обледенелой дороге следовало сохранять определённую осторожность и бдительность. Иногда я оборачивался, но только для того, чтобы ещё раз бросить взгляд на небольшую процессию из пассажирских паровиков, медленно двигающихся прямиком к центру города.
Сегодня эти роскошные, словно сошедшие с картинок из журналов о лучшей современной технике, громадины везли в своих чревах новое поколение школяров из выпускных классов Тимирязевской Академии прямиком в святая-святых нашего полиса на очередную церемонию по случаю Дня Уробороса. Сегодня это был праздник для Хельги Громовой, её подруг и товарищей, а в прошлом году я сам, всё ещё немного диковатый и необразованный, нервничал внутри из удобных салонов, не зная, как относиться к тому, что Ольга Васильевна не желала отпускать меня на это мероприятие.