Однако Ольга Васильевна, пару раз посмотрев на такую мою тренировку, была очень и очень недовольна. По её словам, может быть это и красиво, и эффективно, но если я продолжу в таком духе, изуродую сам себя. Не физически — умственно.
И я внял. В общем-то, это у простецов и то не всегда страшен не тот боец, который знает тысячу приёмов, а тот, который отработал один удар, но до совершенства. Я же такими темпами рисковал стать чародеем одной техники, причём вспомогательной, посмотрев на которую один раз, вполне можно подобрать убойный ключик.
Да и, надо признать, увлёкся я в первую очередь потому, что безответные столбики — идеальный противник для обладающего бажовским Рывком. Они не двигаются, не пользуются чарами, не защищаются и не дают сдачи… Однако всё же сейчас, теша своё самолюбие, один бой из обязательных пяти я-таки проводил именно в таком стиле, оправдываясь для самого себя, словно наркоман, тем, что тренирую всё равно полезнейшее умение.
Закончив крушить полигон и повыдёргивав из земли обрубки, которые позже заберут на растопку, пусть это даже и не настоящее дерево, я, забежав домой, помылся и, переодевшись в обычную академическую форму, отправился на занятия. Приметив то, что Елизавета уже проснулась и разговаривала о чём-то на кухне с Маргаритой Юрьевной.
Встретившись с Ниной, а затем и с Дарьей, потому как у ясеневцев и елочников сегодня были общие лекции, поговорив о том о сём, мы честно отсидели положенные часы, даже пытаясь сделать так, чтобы хоть что-то осталось в головах.
Право — с одной стороны, жуткая, вымораживающая и нуднейшая из преподаваемых нам наук, пусть и в подаче талантливейшего педагога! А с другой — чуть ли не самые интересные лекции, заслушавшись на которых, легко забыть о том, что следует в обязательном порядке вести конспектирование.
Надо понимать, что это не совсем то, чему учат настоящих законников. Его можно было назвать фактически одним из разделов философии, вот только если последняя хоть что-то объясняла и призывала к рассуждениям, то здесь учили, как зазубрить всё, что только можно, из разнополисных постановлений и законодательных актов, а также местечковых посадских законов, а затем манипулировать всем этим себе и выполняемой миссии во благо!
Причём унылейшая часть лекции сводилась к обязательным для исполнения актам Москвы, пусть даже с объяснениями как выпутаться, если уж попал в переплёт из-за происков недоброжелателей. А вот самая интересная — к разбору аналогичных постановлений других ближайших Полисов, выявлению отличий и тому, как подёргать за усы Казанского Хана или Киевского Атамана, да так, чтобы виноват был кто-то другой.