― Ты хорошая дочь, мама тобой гордится, ― шептал он мне, а я была на грани обморока. Не понимая, чего он добивается, я дрожала от страха. И отчим это видел и наслаждался моей беспомощностью.
― И я хочу тобой гордиться, ― он погладил шею больши́м пальцем.
Я замерла. Сердце колотилось где-то в горле, стремясь выпрыгнуть. Как же мне хочется исчезнуть из этой комнаты и с глаз отчима.
Что-то он слишком ласков сегодня. Слишком покладист.
Хотела повернуться, чтобы заглянуть ему в глаза, но Григорий Аполлонович держал меня крепко и не позволил даже шевельнуться.
― А ты хочешь, чтобы я тобой гордился? ― Промурлыкал он мне на ушко, и от страха я кивнула, даже не понимая, на что соглашаюсь.
Отчим, как удав обвивает меня своими кольцами, чтобы, в конце концов, задушить.
Он провёл ладонями по моим плечам, прижав руки к телу, коснувшись пальцами груди. Я вздрогнула и дёрнулась из его рук.
― Тебе нужно сделать лишь одну малость, ― охрипшим голосом зашептал он, ― быть покладистой.
― Что значит быть покладистой? ― Прошептала, облизав ставшие сухими губы. Я не понимала, что он от меня хочет, и это страшило больше, чем его действия.
― Ты так вкусно пахнешь, ― вдруг произнёс он с придыханием, вдыхая аромат моих волос. ― Так сладко, маняще. Я тоже хочу, чтобы ты осталась здесь, со мной.
У меня в голове словно щёлкнул переключатель. Что значит со мной? Я не хочу!
― Григорий Аполлонович, что насчёт академии? ― Робко произнесла я. Мне не нравилось, что он ничего не говорит о том, где же я буду учиться. Сможет ли он организовать перевод в нашу академию.
― Что? Академии? ― Как будто только что проснувшись, не понимая, что я хочу, произнёс отчим.
― Да, я не хочу учиться в тёмной академии в другой стране, ― тихонько произнесла я. ― Вы мне поможете?
― Не хочешь, значит, не будешь, детка, ― хрипло произнёс он. ― Я выполню твоё желание, а ты должна будешь выполнить моё.
― Какое? ― С замирающим сердцем спросила я, не подозревая, что творится в голове у отчима.
― Ты станешь моей, ― жёстко произнёс он, лишая меня иллюзий насчёт цены. ― Это единственный вариант остаться здесь.
Я на секунду закрыла глаза, думая, что ослышалась. На всякий случай переспросила:
― Вашей? Что это значит? Я что игрушка?
― Да, для меня ты будешь игрушкой. Кем угодно, если я пожелаю. Если, конечно, ты хочешь учиться в той же академии, что и сёстры. Часто видеть мать. Ты же этого хочешь?
Конечно, я хотела. Глупо даже было спрашивать. Но, цена. Цена для меня не подъёмна.
― Хочу, но, пожалуй, откажусь от вашего лестного предложения.
― Подумай, от чего ты отказываешься.