Илья решил напомнить зрителям правила:
— Сражаемся до первой крови. В пах, позвоночник, шею и глаза не бьем! Иначе дисквалификация! Никаких приемов уличного боя, все чинно и благородно. И пусть победит сильнейший! — громко объявил он. — Если вы готовы начать, прошу на арену.
Мы с Григорием переглянулись. Я был готов испепелить его взглядом, а он просверлить во мне сквозное отверстие. Одновременно мы вышли на арену и встали напротив друг друга, не упирая мечи острием в пыльную бетонную площадку.
— Постойте, платок, чтобы всем было видно кровь! — Илья достал из своего пиджака два белых ромбика и вручил нам.
Мы бы тоже могли взять платки, но наши пиджаки уже были у зрителей. Мой держала одна из блондинок, а пиджак Григория болтался в руках какой-то незнакомой девицы.
— Начинаем! — выкрикнул Илья и сделал шаг назад с арены.
Перекидываю меч в правую руку. Держу обратным хватом, чтобы клинок прятался за предплечьем, а острие едва не касалось плеча. Кровь запела в жилах, так я жаждал настоящей каноничной дуэли на мечах.
Григорий не был бы самим собой, если бы не решил покрасоваться. Он закручивает меч и перекидывает из руки в руку. Медленно, с самым что ни на есть надменным выражением лица вышагивает в мою сторону, будто бы это победный марш.
Левая нога впереди, как и рука. Я не стою прямо, будто проглотил лом. Специально чуть наклоняюсь вперед, готовый в любой момент… Григорий рвется вперед!
Толчок правой ногой, доворот корпусом!
Выкидываю руку с клинком вперед по широкой дуге. Клинок мчится сверху вниз. Мгновенная вспышка стали и приятный звон, точно мелодия, сигнализирующая о начале.
Григорий недовольно хмурится. Хватает рукоятку второй рукой и давит на мой меч своим. Я тоже вынужден схватится за рукоять, чтобы выдержать напор. А он все давит и давит, еще немного и оба клинка начнут вгрызаться в друг друга, будто накалены докрасна. Резко приседаю вперед вправо. Руки отвожу в противоположную сторону.
Низкий скользящий звук уже не так приятен для ушей. Веер искр и вот уже Григорий слева от меня. Мчится вперед, ведомый собственной инерцией.
Вскакиваю, словно на пружинах. Держа меч обеими руками правильным хватом, направляю его сверху вниз. В этот раз дуга не такая широкая, но я доворачиваю плечами. Мечи снова встречаются. Как старые друзья приветствуют друг друга громким металлическим звоном. Вибрация катится по рукам и доходит до самых предплечий.
Один клинок соскальзывает с другого и больше никто из нас не пытается рубить. Григорий выпускает в меня, как он ошибочно думает, непредсказуемый укол.