Первая категория — части монстров и трофеи, добытые в Подземелье. Рога, из которых можно сделать лекарства, органы, которые тоже могут положительно воздействовать на здоровье, железы, опять же. Это все полезные вещи, если есть понимание, как применять и пользоваться.
Я не алхимик и не целитель, а потому все подобные лоты — мимо. Их в основном покупали пожилые мужчины и женщины в деловых костюмах. Что примечательно, Искателей среди них не было и все они сидели рядом да дружно беседовали. Скорее всего, давно знакомые главврачи или директора частных клиник, возможно, целители.
Следующие лоты в этой категории меня интересовали еще меньше. Огромные и пугающие своей свирепостью головы тварей, что вешают на стену, ковры из необычной шерсти, самые стандартные доспехи, украшенные клыками и когтями монстров. Все это — лишь развлечение для тех аристократов, собравшихся в ресторане, что никогда не ходили в рейд и даже не планировали. Думаю, ни одна другая категория не вызовет такой ажиотаж. Впрочем, и аристократов можно понять, ведь им же нужно где-то раздобыть атрибуты, чтобы подчеркнуть свой статус.
Следующая категория включала в себя всю добычу из Подземелий, за исключением ранее представленных частей монстров. То есть, руду, растения, грибы и все такое… Меня, как кузнеца, конечно же, больше всего интересовала руда. Можно было купить центнер или даже тонну не особо редкой руды, а можно было за всего лишь один слиток заплатить в разы больше.
— Сильворовая руда! — громогласно объявил ведущий аукциона. — Десять килограммов. Начальная цена — два миллиона рублей, ставка — сто тысяч!
— Два миллиона! — я поднял вверх табличку с номером «49», такой мне достался при регистрации для участия в аукционе.
— Два миллиона! — ведущий указал на меня деревянным молотком. — Раз! Два миллиона — два!
— Два миллиона сто! — мою ставку перебил какой-то мужчина.
— Два миллиона двести! — выкрикнул я.
Если бы не Семен Григорьевич, то я бы хорошо подумал, прежде чем платить столько денег за десять килограммов руды. Очевидно, что самого Сильвора в ней еще меньше и хорошо, если половина. Однако же, Семен Григорьевич был искренен со мной в разговоре. И вовсе не напоминал подосланного кем-то человека.
— Два миллиона двести! Раз!
— Два пятьсот! — прозвучал голос пожилого мужчины из-за столика неподалеку.
А вот он явно не был простым аристократом. Точно не Искатель, чего-то недостает, магической ауры, что ли, но вот его бугрящиеся мышцы под одеждой… Наковальню мне на ногу, если он не кузнец. И казалось бы — дело дрянь, но я лишь, наоборот, обрадовался. Если мужчина кузнец из Железнограда и готов заплатить такую цену, то это лишь говорит, что за руду мне нужно биться до последнего. И я бился.