— А ловко ты! — Максим с довольной улыбкой смотрит на рассеченную руку, из раны капает кровь. — Пожалуй, оставлю этот шрам на пару месяцев.
— Хах, — усмехается Геннадий. — Оставь, пора бы уже перестать пропускать этот удар. Вечно ловлю тебя на этой связке.
— Да, пора. Меняем!
Вместе с выкриком Максим отбрасывает рапиру в сторону. Гарда в виде грациозного дракона завывает, навершие — несколько языков пламени, царапает бетон, пока не упирается в трещину. Оружие стоимостью в двадцать миллионов рублей звонко ударяется о бетонный пол и оказывается у стены.
Геннадий в этот же миг рассеивает свое духовное оружие — рапиру. Он резво выхватывает из стойки большой двуручный меч. Лезвие серебряное, как луна, рукоять — черная, как смоль. Пятнадцать миллионов стоило это чудо с навершием в виде полумесяца и рунами на клинке.
— Не в этот раз! — кричит Максим и улыбается.
Он успевает материализовать духовное оружие — огромный двуручный меч. Братья обмениваются ударами — парируют, рубят. Сталь настоящая громко звенит о духовную.
Вскоре кровь и пот летят во все стороны, мышцы трещат, как натянутые канаты, но все это не повод, чтобы забыть про важные дела или позволить животному началу взять контроль над телом.
— Братец оказался более удачливым, чем мы думали! — Максим обрушивает тяжелый клинок сверху.
— Или твои наемники — никчемной дрянью! — парирует Геннадий, как слово, так и меч.
Удар сокрушительный. Вибрация разбегается по их телам.
— Неважно, сейчас уже от него так просто не избавиться.
— Действуем вместе? — спрашивает Максим, отводя широкое острие за спину.
— Хах, тут уж уместнее спросить: каждый играет в «свою игру» или вскрываемся⁈
— Вскрываемся!
Духовный меч Максима встречается с искусным металлическим и едва не рассекает его на две части. Даже самое лучшее оружие, выкованное кузнецом — вовсе не ровня духовному. Разумеется, если говорить про человека, который посвятил всего себя совершенствованию с этим оружием.
— Вскрываемся! — отвечает Геннадий.
Он бросает дорогую «подделку» к стене и идет к стойке, чтобы взять другой двуручный меч.
— У меня есть «крот» в отряде, который отправил отец, — признается Максим и готовится вложить всю силу в удар.
— А я вышел на связь с одним парнем. Он очень недоволен нашим братцем, — Геннадий с улыбкой направляет коварный укол брату в слабое место.
Оба брата не хотели упрощать жизнь младшего. Никто из них на самом деле не считал его хоть кем-то важнее букашки, но отец учил их решать потенциальные проблемы еще до того, как те превратятся во что-то более неприятное, чем муха на лобовом стекле. Да и скучно было Черновым, вот они и развлекались за счет младшего.