На том мы и попрощались. Виктор, довольный и счастливый, уехал домой. А я, оставшись один, погрузился в размышления.
Имение Рода Вавилонских
Российская Империя
Тяжёлая тишина давила на Аристарха Вавилонского, будто старинный фамильный сундук, набитый до отказа скелетами прошлых промахов. Он с отчаянием смотрел на Ангелину, свою жену, которая сидела напротив, нервно теребя кружевной платочек. Её лицо, обычно идеально напудренное и румяное, сейчас было непривычно бледным.
— Проклятье! — взревел Аристарх, швыряя пустой бокал в камин. Хрусталь разбился на мелкие осколки, разлетаясь по ковру с оглушительным звоном.
— Успокойся, дорогой, — с показной беззаботностью сказала Ангелина, стараясь не встречаться взглядом с мужем. — Это был сервиз, который подарил нам…
— Да плевать мне на этот сервиз! — заорал Аристарх, вскакивая с кресла. — Всё провалилось! Вся наша гениальная схема!
Он начал нервно расхаживать по гостиной, его лицо было багровым от гнева.
— Этот чёртов Теодор… — прошипел он сквозь зубы. — Он всё испортил!
Аристарх никак не мог смириться с тем, что его «гениальный» план провалился. Причём, с треском.
Коллекторы, которых Аристарх натравил на сына, чтобы отобрать его бизнес, застряли в Вадуце, будто мухи в паутине. Военное положение, перекрытые границы, отсутствие связи, да и местные власти, ошарашенные происходящим, не горели желанием помогать приезжим из Российской Империи.
Аристарх-то рассчитывал, что сможет забрать себе половину лавки Теодора, его усадьбу, а затем выгодно продать всё это. Он был уверен, что Теодор не сможет погасить долг. Но, чёрт возьми, он ошибся!
— Да чтоб его… — пробормотал Аристарх, схватившись за голову. — Как он мог так быстро разбогатеть⁈ В этом чёртовом Вадуце… Во время войны…
Ангелина, с трудом сдерживая раздражение, всё же решилась ещё раз вмешаться:
— Дорогой, успокойся! Крики делу не помогут.
— А что, по-твоему, поможет⁈ — закричал он, поворачиваясь к ней. — У нас долги… огромные долги, которые растут, как грибы после дождя! Кредиторы уже звонят каждый день, угрожают отобрать всё, что у нас есть! А этот… этот… — он задохнулся от ярости, не в силах произнести имя своего сына.
Аристарх, с отчаянием глядя на пустые бутылки из-под дорогого бурбона, оставшиеся после вчерашнего «успокоительного», чувствовал, как земля уходит из-под ног. Он привык жить на широкую ногу, ни в чём себе не отказывая, и теперь перспектива потерять всё казалась ему невыносимой.
— Продадим всё, что осталось! — в сердцах воскликнул он. — Картины, мебель, даже этот чёртов сервиз…