— Добрый день, уважаемые, — обратился я к ним. — Чем могу быть полезен?
Ко мне подошёл главный инспектор, высокий, сухощавый мужчина в форме, с усталым выражением лица. Он представился и предъявил своё удостоверение.
— До нас дошла информация, что вчера ночью здесь были взрывы, — пояснил он. — Что за чертовщина здесь творится? Вы, господин Вавилонский, являетесь владельцем этого участка?
— Да, — кивнул я. — И я полностью с вами согласен — творится полнейший беспредел! Кто-то атаковал мою рабочую площадку. Надеюсь, что вы с этим разберётесь. У меня, между прочим, вон целый ангар снесло, в котором была куча строительных материалов. И я, как законопослушный гражданин, буду вынужден обратиться к своим юристам, чтобы оценить ущерб…
— Вы, кажется, не понимаете, — нахмурился полицейский. — Это вы, господин Вавилонский, сейчас — подозреваемая сторона. На вас пришло заявление.
— Что? — я с недоумением посмотрел на него. — Вы в курсе, что меня вообще-то бомбили с самолётов?
Полицейский задумчиво посмотрел в свои бумаги.
— Да, — кивнул он, — в заявлении действительно указаны самолёты. Вот только написано, что они летели распылять сельскохозяйственные химикаты над полями. Но, пролетая мимо этого места, подверглись массированному обстрелу, в результате чего два борта были уничтожены. А взрывы на территории — результат детонации находившихся на борту химикатов.
— Каких ещё химикатов?
— Судя по всему… — он запнулся, снова заглядывая в бумаги, — самолёты перевозили фос… фор… содержащие удобрения, которые, при определённых условиях, могут быть взрывоопасными. А ещё — аммиачную селитру, которая тоже… гм… Ну ладно, это мы ещё выясним. А вот что насчёт пострадавших гражданских машин?
— Каких машин? — я сделал вид, что не понимаю, о чём идёт речь.
Инспектор снова ткнул пальцем в свой документ:
— Вот, — сказал он. — Тут указано, что к вам ехали на заключение контракта шесть гражданских машин, которые не вернулись обратно. Куда они делись?
— Если вы не в курсе, — усмехнулся я, — то офис моей строительной фирмы «Созидатель» находится в совершенно другом месте. Какие, к чёрту, «контракты»? И вообще, у вас интересные осведомители. Не подскажете их номер телефона? Я бы хотел с ними лично переговорить.
— Это был анонимный звонок, — ответил инспектор.
— Анонимный? — я рассмеялся. — Ну что ж, раз так, то давайте с вами лично прокатимся, и удостоверимся, что никаких машин, о которых идёт речь, нигде нет.
Инспектор с двумя своими помощниками, не особо возражая, сели к нам в машину.
— Дядя Кирь, — обратился я к Скале, который сидел за рулём. — Ты же помнишь, что вон на том повороте нужно немного левее взять, а то там полуторатонная бомба прикопана, ещё со старых времён.