Камал еще что-то говорил, а я смотрела в глаза старшего брата. Дияр кивнул вопросительно, я в ответ — утвердительно. И встала так, чтобы закрыть собой Камала.
Муж мой напрягся и, кажется, немного разозлился за самоуправство, но я хотела мира между нашими семьями и готова была ради этого на самый сумасшедший поступок.
И пока папа думал, вперед вышел Дияр.
— Не обижал?
— Нет, — серьезно ответила я.
— Точно сама согласилась? Не заставил? — продолжал Дияр.
— Точно.
— Влюблена? — В глазах брата разливалось тепло, которое означало, что он снова на моей стороне.
— Очень. Правда сама пошла замуж, не заставлял.
— Лия, не врешь? — допытывался Дияр.
— Да ты что, не слышишь меня? — сорвалась я. — Сказала: мой. Муж. И вообще мой.
— Теперь вижу, что сама, — разулыбался Дияр, — иди в дом, сестра, мы мирно разберемся. Обещаю. А если он обидит тебя — я тебя в любое время, всегда заберу в семью.
И со значением посмотрел на Камала.
И я опустила голову, развернулась к воротам под обалдевшим взглядом мужа, который меня послушную, в общем-то, почти и не видел, а потом остановилась и выдала:
— Не пойду, там Шайтан.
— Лия, тебе ли его бояться, — со смешком уточнил Хасан. — Он просто родственную душу увидел, познакомиться хотел.
— Хасан, нам с вами обратно ехать, — прошипела я.
— Я на самолете полечу, — вежливо ответил он и приказал парнишке: — Мага, проводи. И Шайтана закрой.
— Понял, — согласился парень и велел уже мне: — Пойдем.
Я посмотрела на Камала, муж кивнул, и я пошла обратно в дом. Шайтана заперли в сарае, и осел смотрел на меня так, словно понял, что я — причина всех его бед.
Мне теперь что, на улицу вообще не выходить? Отомстит ведь, хвостатый…
Мага передал меня женщинам, те проводили в кухню, а я встала у окна и ждала, чем все это закончится. И молилась, чтобы сегодня наконец наступил мир.
Камал
Лия не была бы Лией, если бы не встряла в мужские разговоры. Не сидится ей на месте, шкодине непоседливой. Не может эта женщина просто сидеть и ждать, когда мужчины все решат! Не удивлюсь, если она Шайтана специально дразнила, чтобы найти повод выскочить.
Но ее появление снизило градус разговора до едва теплого, и это было хорошо. Потому что Эмир Аракелов слышать о нашем браке ничего не желал и требовал, чтобы я немедленно с ней развелся, чтобы забрать дочь обратно.
— Я предлагаю мир, — повторил я, — наша вражда длится слишком давно, но наши интересы сейчас не пересекаются. Да, больше века назад наш предок перекрыл для вас горный родник, но и ваш предок украл нашу прабабушку, а потом вернул с позором.