С сокрушёным видом поцокав языком, добавил.
— А наш пакет акций оказался раздроблен между тремя компаниями. Зарегистрированными по сложной цепочке — собственниками являются иные юридические лица, которыми, в свою очередь, владеют фирмы в оффшорах. И вы не поверите — бенефициарами последних тоже оказались компании. Ни одного живого человека. Только названия, номинальные директора и банковские счета без проводок.
Ситуация постепенно становилась всё более интересной. Либо это всё было совпадением и тайваньский инвестор всего лишь решил присвоить себе инвестиции китайцев, когда осознал перспективы проекта, либо всё куда сложнее и дядя Чжи Чен совсем не просто так оказался на лечении именно в Тайване.
Чжи снова собиралась что-то сказать, но я опередил девушку, озвучив более чем логичный вопрос.
— Почему вы решили, что у нас получится с ним связаться и всё выяснить?
Вэньмин Тан пожал плечами.
— У вас хотя бы есть повод добиваться встречи. Да и резоны для посещения Тайваня веские. Тэ Юн всё ещё там ведь, верно? В состоянии полного овоща, насколько я понимаю, но живой. Никто не удивится, если его племянница прилетит, чтобы отключить старика от аппаратов и окончательно оборвать жизнь предыдущего председателя. А заодно пожелает лично встретиться с его другом, чтобы передать тому приглашение на похороны. Неплохой повод выбраться за пределы своего дома.
Если по поводу полёта на остров собеседник был скорее прав, чем наоборот, то вот доводы о встрече с местным бизнесменом казались не слишком вескими.
Сам китаец, издав ещё один вздох, допил кофе и, достав из кармана флеш-карту, положил её на стол. После чего с улыбкой посмотрел на нас.
— Тут вся необходимая информация. Включая канал связи, который вы можете использовать, если понадобится консультация. У вас ровно двадцать дней, чтобы решить вопрос.
Судя по позе тела, он уже собирался подняться на ноги и удалиться. Поэтому я притормозил его ещё одним очевидным вопросом.
— Мы не обсудили важный момент. Какой будет наша доля?
Вэньмин смерил меня взглядом и рассмеялся.
— Ваша доля?
Я с невозмутимым видом кивнул.
— Именно. Два процента были у председателя. Ещё три должны были достаться тайваньскому посреднику. Итого уже пять.
Китаец на момент задумался.
— Пять процентов? Сорок пять миллионов долларов по рыночной оценке. Ты не слишком жадничаешь, Мин Джин Хо? Вы даже в теме копаться не начали.
Я посмотрел на флеш-карту, которую тот выложил на стол.
— Скоро начнём. И это точно не будет легко. Зато наверняка будет опасно. Поэтому я хочу получить часть добычи. Тем более, эти проценты изначально вашими и не были. Мы лишь забираем долю Тэ Юна. Возможно, ещё и пакет тайваньского посредника. Который, хочу напомнить, вас кинул.