— О какой именно сумме речь?
Тот пару секунд помолчал. Потом чуть склонил голову набок.
— Не слишком серьёзной, но в то же время достаточно большой, чтобы её можно было просто списать. Пятьдесят миллионов долларов.
Действительно, масштабно. Особенно, если учесть, что речь сейчас не об акциях или оценочной капитализации компании, а о живых деньгах. Которых на счетах Чен Групп сейчас оставалось совсем немного.
Чжи цокнула языком и перешла к следующему моменту.
— Куда именно они ушли?
Китаец с усмешкой кивнул.
— Отличный вопрос. Хотя, нас больше интересует другой — как получить то, за что мы заплатили?
Сделав короткую паузу, оглядел зал. После чего продолжил.
— То, что я сейчас озвучу — полностью закрытая информация. Если решите придать её огласке, мы станем всё отрицать. Даже получись у вас достучаться до лидеров конкурирующих с нами кланов, максимум выйдет добиться моего устранения. Но партнёры такого не забудут и не простят. Речь пойдёт уже совсем не о разрушении Чен Групп, а о ваших собственных жизнях.
Чжи тихо хмыкнула и, подавшись вперёд, озвучила очевидную мысль.
— Опасное вы себе выбрали занятие. Да и место не самое лучшее для такой беседы.
Вэньмин улыбнулся.
— Если хочешь быстро подняться по карьерной лестнице, стоит браться за самую опасную работу и делать её безукоризненно. Иначе путь к большим деньгам растянется до конца жизни. Или ты вовсе никогда до них не доберёшься. Что до места — оно идеально. Владелец отеля китаец, в отсутствии тут прослушки я уверен. Снаружи, конечно, отирается какой-то стажёр из вашей Национальной разведки, но нужного оборудования для записи разговора у него нет. А факт нашей встречи можно объяснить самыми разными резонами.
Если он сейчас не напускал лишнего тумана, то, выходит, разведка о наших встречах уже в курсе. Возможно, с самого первого контакта. Впрочем, это и правда можно каким-то образом объяснить. В конце концов, менеджер Банка Шанхая — это не член триад или вражеский шпион. Даже не представитель компартии Китая. Её членом он, конечно, являлся — любой желающий продвинуться по службе в компании, связанной с государством, должен был принести присягу на верность. Но это было такой же формальностью, как речи их генерального секретаря про социализм.
Моя спутница предпочла промолчать, а я кивнул китайцу.
— Мы услышали. Скормим вас кому-то из врагов — и в Сеуле появится пара новых заказов на ликвидацию. Теперь хотелось бы ознакомиться с сутью дела.
Вернулась официантка, принёсшая кофе, и нам пришлось сделать небольшую паузу. После того как девушка ушла, Вэньмин Тан сделал глоток из своей, уже наполовину пустой, чашки и заговорил вновь.