Света не психичка. Это ты у нас больная на всю голову!
И вообще, у Светы прекрасный аппетит. В еде она совсем не привередлива. Посмотрел бы я на тебя, если бы ты перебивалась одним куском хлеба продолжительное время.
Злость на Свету быстро рассосалась в моей крови.
Мне снова хочется защищать эту девочку от всего мира. Хочется сделать так, чтобы она навсегда забыла те времена, когда ей приходилось довольствоваться крохами.
– Да, наверное, ты права, – уклончиво отвечаю.
Отвернувшись от Альбины, я направляюсь к кабинету, откуда должна выйти Света.
Докторша бежит за мной вдогонку. Каблуками цокает, волосы назад.
– В общем, я к чему? Я назначу Светлане лечение, а вам, как будущему мужу, советую следить за ее питанием, иначе она больше никогда не сможет иметь детей, – бросает она камень в мой огород.
Дай ей волю, она меня с ног до головы закидает булыжниками.
– Если запустить, это может привести не только к бесплодию, но и к более печальным последствиям. Светлане нужна помощь. И психологическая тоже!
– Я за всем этим прослежу, – отмахиваюсь от женщины. – Я найду способ помочь Свете.
Горделиво вздернув нос, Альбина бросает на меня убийственный взгляд, а затем скрывается за дверью своего кабинета.
Что, черт возьми, происходит?
Слышу, как позади меня носом шмыгают, после чего оборачиваюсь.
Света стоит, прислонившись к двери кабинета, из которого только что вышла. Лица на ней нет. Расстроенная, вся красная. Опять плакала?
– Вам уже сказали, да? – спрашивает она, смотря себе под ноги.
О, да! И мне не терпится узнать, что ты от меня скрываешь!
Почему? Почему Света не сказала мне, что у нее уже есть дети?
Наверное, потому что я задал вопрос не совсем корректно. Я ведь спросил о наличии детей, а не о том, рожала ли она в принципе.
Наверное, она посчитала, что у нее нет детей. Ввиду своего безвыходного положения она была вынуждена отказаться от них при рождении, чтобы спасти им жизни.
А не призналась мне, потому что ей стыдно до сих пор. Совесть замучила, вот и молчала. Подумала, что я сделаю выводы и прогоню ее.
Зная себя, я мог бы выгнать ее, посчитав безответственной. Ведь тогда я еще не знал точную причину, которая привела Свету к скитанию по улицам без средств к существованию.
Сейчас мне нужно постараться не усугублять ситуацию. Не напоминать ей о детях. Для начала необходимо поправить ей здоровье, да с ушлой мачехой разобраться. Захочет – сама расскажет о сыновьях. А не захочет – плевать. Меня это не должно волновать.
Я забираю у нее из рук документы, забрасываю свою руку ей на плечо и к себе прижимаю. К выходу веду.