– Назар? – голос Светы застревает где-то в отдалённых уголках сознания. – Ау?
Фокусирую зрение. Передо мной стоит Света и взирает на меня своими оленьими глазами.
– Чего тебе? – немного грубо прилетает.
Еще не переключился от мыслей о Машке-блуднице, как Света вторглась в мое личное пространство.
– Так это… – сконфуженно произносит, покраснев, – я хотела вас на чай пригласить. Хотите?
– А есть че покрепче?
Света выпрямляется. Моргает.
– Не знаю. Это ж ваш дом. Хотите, я позову Хеннесси?
– Свет, в пятницу ничего не планируй, – задумчиво говорю, чем ввожу ее в ступор.
– Как жаль, у меня же как раз дел невпроворот, – шутит она, а затем горло прочищает, понимая, что шутка не удалась. – А что будет в пятницу?
– Операция по спасению крупнорогатых, – отчебучиваю и расплываюсь в азартной улыбке.
Света глаза округляет в непонимании.
А я сам не понимаю, зачем ввязался в это. Да еще и девчонку впутал.
– А ты пока собирайся. Поедем в клинику анализы сдавать, а чаек по дороге попьем, – распоряжаюсь.
Света помалкивала всю дорогу до клиники. Лишь изредка она вздыхала, поглядывая в окно.
Чем ближе мы подъезжали к клинике, тем тяжелее становились ее вздохи.
Нервничала девчонка.
Оно и понятно. Я бы тоже перебздел, если бы какой-то идиот меня родить от него заставил.
Ну, образно выражаясь.
Сегодня я смог записать Свету только на осмотр и УЗИ, а уж если «внутри» у нее все работает как швейцарские часы, то можно будет смело приступать к подготовке.
Надеюсь, за месяц уложимся.
В кабинет гинеколога Света входила также неохотно. Долго стояла в проходе, переминалась. Оглядывалась, смотря на меня так, словно прощалась. Как будто я и впрямь на органы ее продаю. Я видел на ее лице сомнения, чувствовал страх, сквозящий из нее.
Пришлось утешать дуреху на глазах у всего персонала.
Тогда я сказал, что она может уходить. Прямо сейчас может отказаться от моего предложения и вернуться к своей прежней жизни.
Я ж не тиран какой-то там, чтоб насильно заставлять делать то, чего она не хочет.
Я предоставил ей выбор: выйти из этой клиники без возможности передумать, либо засунуть куда подальше все свои страхи, войти в кабинет и пройти осмотр.
Света умненькая девочка. Она выбрала второй вариант, практически не колеблясь. И вошла в кабинет, оставив меня сидеть на раскаленных углях.
И вот, всего через каких-то десять минут меня начинает раздражать абсолютно все: приглушенный гомон, запах медикаментов, даже люди вокруг.
От нечего делать я прилипаю к кулеру и за пять минут осушаю его до дна.
Нервишки-то шалят! Не стальные все-таки!