Руднев внимательно проследил за мной, удовлетворенно кивнул, глубоко затянулся.
— Так вы не против беседы?
— Хорошо, давайте побеседуем.
Я отложил книгу в сторону.
— Тут Игоря Воснецова убили на днях. Знаете об этом?
— Видел в новостях.
Следователь удовлетворенно кивнул головой. Спросил:
— Воснецов знаком вам?
— Воснецова знаю, но не лично, не доводилось общаться.
— А может быть, все же доводилось? — с прищуром спросил следователь. — Возможно даже, что и совсем недавно?
Я уже знал дальнейшие его действия и потому готов был к тому, что он вытащит из папки мой фоторобот.
— Вот, посмотрите. Как вам картинка?
Если следователь и хотел произвести на меня впечатление, то у него это не получилось. Он жадно смотрел на меня, пытаясь вытащить хоть одну эмоцию, да хотя бы невольно поползшую бровь вверх, но у него это не получилось и он фыркнул словно бульдог, разозлившись.
— С художественной точки зрения так себе, — глянув, ответил я.
— Возможно, — кивнул Руднев. — Но как свидетель описывал, так и рисовали. Точно по деталям.
Руднев пригляделся к картине, словно видел ее в первый рах, хмыкнул.
— Скажите, этот портрет вам никого не напоминает?
И вновь мне пришлось взять себя в руки, потому что это была очередная проверка. Я сказал:
— У нас два года назад юбилей у отца был. И решили мы заказать ему портрет. Художника нашли по объявлению. И он предложил нам общий портрет написать, всей семьи. Так вот. Это была наша ошибка — взять не проверенного человека, с улицы. Он в особом жанре писал, уж не помню как называется, но точно не реализм.
— К чему вы это?
— К тому, что он меня как-то похоже написал, как этот рисунок. Словно катком по мне прошлись. Или у художника нарушена призма зения? Вроде есть такая болезнь, забыл как называется.
Руднев покраснел.
— На вас похож.
— А еще на множество других людей, моего возраста и моей комплекции, у кого есть два глаза и волосы на голове. Типичное лицо.
— То же верно, — согласился следователь. — Но с учетом ряда факторов вряд ли это будет кто-то посторонний.
— Про какие факторы вы говорите?
— Всем известно, что Воснецовы точили зуб на ваш род. А тут такое случилось. Да и свидетель очень интересный фоторобот описал, похожий на вас. В общем сами понимаете, что ситуация щекотливая складывается все в одну вполне себе работающую версию.
— Это весьма косвенные факторы. И при детальном рассмотрении они распадутся.
— Не думаю.
— Воснецовы и в самом деле точат зуб на наш род. И что с того? У любого из нас есть враги. Вам ли это не знать?
— Верно, — улыбнулся Руднев. — Уж у меня врагов полным полно. И мои враги бывало стреляли в меня. Точно так же как и в вашего отца, тогда, на сеансе мадам Шерер. Но вот за это уже и можно хлопнуть Воснецова, как вы считаете?