— Его Величество отправляет четыре группы победителей турнира на обучение в кадетский корпус имени Михайлова, — сходу выдала она. — Одна из этих групп — твоя.
— Как это? — растерялся я. — А Школа? Мне ведь нужно доучится.
— Александр, ты ведь понимаешь, что я говорю? Если Император сказал перевести вас в кадетский корпус, то Школу ты уже закончил — приказ готовится. И повлиять на что-то я уже бессильна.
— Теперь мне в кадеты идти? — я начинал злиться.
То внезапная Школа, то теперь вот кадетство.
Смит тяжело вздохнула, и я понял, что она и в самом деле никак не может на это повлиять.
— Перевод будет сделан уже завтра — таков указ Его Величества. Александр, если тебе понадобиться моя помощь, ты знаешь где меня найти.
— На ярмарке, где дирижабли?
Смит рассмеялась, впервые за все время нашего общения.
— Спасибо вам большое, — произнес я.
— Я буду работать над тем, как помочь тебе. Постараюсь привлечь для этого все ресурсы. Мы что-нибудь придумаем. А пока на тебе печать ты в безопасности.
— А Дар?
— Он в порядке. — немного удивленно ответила Смит. Разве ты не почувствовал?
— Не хотел рисковать. Мало ли?
— Нет, с ним все в порядке. Ну все, прощай, мне пора.
— Прощайте.
Смит положила трубку, и я некоторое время слушал быстрые отрывистые гудки. Потом лег и заснул крепким без сновидений сном.
Утро было неожиданным, оно ворвалось в мой покой резко раскинуло занавески в стороны, наполняя комнаты светом.
— Что… кто… — сонно прохрипел я, щурясь от света и ничего не понимая.
— Доброе утро, княжич, — произнесла Марина, начиная суетиться и убирать брошенную на пол одежду. — По вашему личному маршрутизатору пришло уведомление, что вам сегодня нужно быть в кадетском корпусе — вот я и решила разбудить вас пораньше, чтобы вы успели позавтракать и принять душ.
— Да что же это такое⁈ Почему я не могу поспать хоть еще немного? — начал бубнить я. — Марина, закрой занавески! Твой княжич приказывает тебе!
Марина хохотнула. Ответила:
— Любое ваше слово для меня, мой княжич, закон. Но если вы проспите кадетский сбор, то я буду иметь больше неприятностей, по сравнению с тем, что просто разбужу сейчас вас. Вставайте, соня!
Я глянул на служанку.
Чулки, короткая, очень короткая юбочка, не укрывающая ничего под ней, белый фартучек… Специально она так что ли одевается?
Известно каждому пареньку на личном опыте, что по утрам его мужское начало восстает и каменеет, как Останкинская башня, показывая свое величие и непоколебимую силу. Вот и сейчас я вдруг почувствовал, как все ниже живота наливается теплом.
Марина повернулась ко мне. От ее взгляда не ускользнул холм одеяла между моих ног, девушка лукаов улыбнулась, подошла ближе.