Отвлек меня Алекс, притягивая к себе и целуя в щеку. В его объятьях я сразу же расслабилась.
Открыв дверь, Алекс помог мне выйти из машины, и мы сразу же направились в дом родителей. Вернее, я потащила своего мужчину за собой, не давая ему выбора, он на ходу распорядился шоферу доставить наш багаж.
— Полегче, милая, — со смешком сказал муж, немного притормаживая меня.
Я хотела было возмутиться, но тут открылась парадная дверь, и на нас обрушились приветствия и объятия вперемежку с причитаниями о том как тут все без нас скучали.
Покончив с напитками, мы перешли к столу, который был как всегда безупречно сервирован.
— А знаете, — вдруг хитро проговорила Настасья. — Думаю, совсем скоро на одного волченка в нашей семье станет больше.
Сначала некоторое время все молчали, будто бы проверяла, не шучу ли я, а затем с громким воплем бросились мне на шею, выражая свой восторг.
Алекс, несколько минут смотрел на нее, осознавая сказанное ею, прежде чем закружил по комнате, подхватив на руки. А затем обнял очень сильно, не в силах сдержать свои эмоции. Радость переполняла его.
— Если ты меня задушишь, никакого ребенка не будет, — пошутила я.
— Прости, я просто так счастлив!
— Мы счастливы!
Настасья
За эти несколько месяцев мы через многое прошли. Алекс успел показать и доказать, что достаточно серьезен и упрям, чтобы отстаивать свое — то, что принадлежало ему по праву. Например, свою собственную жену. Ту, которая пыталась сбежать от него, от себя, и ту, которой это сделать, к большому облегчению и счастью, не удалось.
Она предпочитала не думать о том, что когда-то было иначе. Возможно, все эти испытания были нужны, чтобы, в конце концов, они оценили то, что получили.
Мы не говорили больше об случившемся и не вспоминали. Мы говорили только о любви, а если не говорили, то занимались ею.
А еще он был замечательным отцом. Он ничего не боялся, и дочь наша всегда засыпала у него на руках.
И я была счастлива, ослепительно и бездумно. Я ходила по городу, раздуваясь от счастья.
Это удивительно — как быстро может измениться жизнь. Вот уже месяц ни одного часа мы не могли провести порознь, и желание прикасаться друг к другу с каждой минутой росло. Теперь он всегда сопровождал меня, придерживая за локоть или положив руку на талию.
Каждому волку нужна семья, а альфе — особенно.
Будто поймав меня на этих мыслях, Алекс бросил косой взгляд в мою сторону и усмехнулся. Под его внимательным, цепким, родным взглядом я таяла.
— Ты — моя. Навсегда моя.
Эпилог
Ошибки — неотьемлемая часть человеческой природы.