— Ну так как, Попрыгунчик, я все верно говорю?
— Да, я сам залез в комнату Мони. И Женя тут ни при чем! — тихо ответил Илья и ссутулился.
Лицо Владислава перекосило. Весь его план летел к чертям, но потом случилось то, чего не ждал никто. Я усмехнулась и спокойно продолжила:
— А полез он туда потому, что я приказала. И дала ключ от комнаты. Я обманула глупого парня, заявив, что забыла там свою косметичку. Вот так все было.
Казалось, те несколько секунд, что прошли после моей речи, затянулись на годы. Люди замерли, не зная, как реагировать, но неловкий момент нарушил сам Попрыгунчик. Он резко выпрямился, как будто сбросил с плеч неподъемный груз, и, улыбаясь во все тридцать два зуба, заголосил:
— Женя, зачем ты опять меня прикрываешь? Это все я сделал! Не нужно брать мою вину на себя.
Однако я не дала парню долго разглагольствовать. Жестко прервав его, я выпалила:
— Но тебя действительно подговорила я. Эта злосчастная косметичка нужна была мне для диверсии. Да, я собиралась устроить в гарнизоне диверсию! И кашу я испортила, чтобы потравить старушек, а еще хотела стравить старожилов и новичков, а позже выставить Свету и Надю зачинщицами и выгнать их из гарнизона!
После моих слов в зале снова воцарилась тишина. Я с интересом наблюдала, как лицо Владислава медленно покрывается красными пятнами. А дальше мужчина неожиданно вскочил и со всей силы швырнул тумбу в сторону. Послышался страшный грохот, и та развалилась на части, а зал накрыл поток нецензурных выражений и дикая ругань.
— Ты чего здесь цирк устраиваешь? Издеваться вздумала? — брызгая слюной во все стороны, взревел генерал.
— Нет, я сейчас говорю абсолютно серьезно. Так что давайте выпускайте Попрыгунчика, а я пойду соберу вещи и уйду.
— Женя, мы вовсе не этого хотим! — неожиданно вмешался Михалыч, понимая, что все идет совсем не так, как зачинщики планировали.
— Да? А чего же вы тогда хотели?
— Да чтобы ты сложила свои полномочия! Девонька, как ты не поймешь, ты не можешь управлять гарнизоном!
— Правда? А Лекс думал иначе.
— Но его здесь нет! — гаркнул Михалыч, но потом уже мягче добавил: — Жень, начальствовать над людьми непросто. Здесь нужна железная выдержка и авторитет. Ты не такая. Ты мягкая и не способна принимать жесткие решения. Будет лучше, если ты снова займешься газетой.
— Получается, вы уже все решили и у меня нет выбора?
— У тебя есть выбор. Ты можешь прямо сейчас прекратить балаган и отдать управление Владиславу, либо…
Мужчина затих, но я не дала ему уйти от ответа. Угрожающе придвинувшись к Михалычу, я громко произнесла: