-Мож-шет раньш-ше не меш-шал, но теперь ты з-саперта в храме… С-со мной. Ты не с-смож-шеш-шь вечно с-сидеть в ш-шатре. Выйди с-сладкая. Пос-смотри на меня,- искушающе шипел змей.
-Мне и тут хорошо,– буркнула девушка.
-Трус-сиш-шка,- тихо рассмеялся василиск,– но не з-сабывай. Это мой ш-шатер и спать на з-семле я не с-собираюс-сь, но готов поделиться.
Лариса уткнулась лбом в колени. Она сама понимала, что рано или поздно придется выйти, но от одной мысли, что снова увидит это чудовище, у нее сердце останавливалось. В таком состоянии думать не получалось. Ей нужно успокоиться и найти выход из этой непростой ситуации.
-Рис-са, я уж-ше с-спать хочу,– зашипел змей и полы шатра колыхнулись. Лариса резво отползла в противоположную сторону и потянула ткань шатра вверх, надеясь выскользнуть наружу незамеченной, но, по закону подлости, шатер был цельным. Лариса приподняла край перины и тихо выругалась, увидев тканевый пол,– выход один,- посмеивался василиск,– выходи крас-савица, я не кус-саюс-сь. Пока.
-Вам нравится издеваться надо мной?– зло рыкнула Лариса.
-Нравится. Я тысячу лет общался сам с собой. Мне нравится слышать твой голос, нравится что ты слушаешь меня и даже твой страх нравится,– довольно сказал змей,– Выходи, я покажу тебе все чудеса этого места.
-Я не могу. Вы страшный,– прошептала Лариса, вжимаясь в стену шатра.
-А ты очень красивая. У тебя нежная кожа, шелковистые волосы, и пахнешь так с-сладко,– томно шептал василиск, заставляя щеки девушки гореть от стыда,– я все хорошо рассмотрел.
-Даже не сомневаюсь,– сквозь зубы процедила Лариса.
-Твое с-смущ-шение мне тож-ше нравится,– зашипел змей совсем рядом, Лариса пискнула и отползла к центру перины, – выходи, прекрас-сная, поз-своль помочь тебе.
-Я не могу,-жалобно прошептала девушка.
-Мож-шеш-шь,- гипнотизировал ее василиск своим голосом,– иди ко мне.
Лариса кусала губы. Ей очень хотелось выйти. Только возникал вопрос: почему? Ее словно магнитом тянуло посмотреть на змеюку, погладить чешую, заглянуть в страшные глаза. Страх заставлял сердце биться сильнее, но было в нем, что-то странное, волнующее, до головокружения и дрожащих коленок. Такого она в своей жизни ещё не испытывала и это пугало похлеще, чем вид огромной змеи. С ней что-то происходило, что, девушка не могла понять. Лариса старалась дышать глубже, стискивала кулачки и прикрывала глаза, в тщетной попытке вернуть самообладание.
Риссаш ползал вокруг шатра, нервно дёргая кончиком хвоста и поглядывая на неясный силуэт девушки внутри. Он врал ей, будто не знает зачем храм призвал ее, все он знал! С первого мгновения, как увидел ее, как вдохнул манящий запах, а когда дотронулся до ее нежной кожи… О! Еле сдержался. Он был так счастлив, что Триединый преподнес ему этот дар. Воспоминание о том, как он обернулся вокруг нее, дрожа от желания сжать крепче, скользить чешуей по нежному телу, вызывало сладкие судороги. Девушка спала и он утащил ее в свое логово, смотрел, ласкался об нее, вдыхал чистый невинный запах. Он рассмотрел ее всю. Сердце заходилось от восторга и нежности. Оторвался он от нее лишь когда, кожу начало нестерпимо жечь. Риссаш отполз подальше, чтобы ненароком не напугать девушку, пока кожа будет с него слазить. Но Риса спала так крепко, что ее не разбудили ни его рычание, ни стоны боли, ни яростное шипение. И он был рад, что она не видела его в минуты слабости. Для нее он хотел быть самым-самым. Хотел видеть в ее глазах восхищение, а не жалость, но увидел лишь ужас и страх. Это оказалось больно. Он надеялся поразить ее своей красотой, а в итоге напугал чуть не до обморока. Про потерю девственности он тоже наврал, потому что был уверен, что перед ним змейка, но Риса оказалась человеком и Риссаш растерялся. Он уже столько наговорил, напугал и как теперь поступить не знал. Связь крепла очень быстро. Его уже выкручивало от желания впиться в ее нежную шейку клыками, но он не знал наверняка, действует ли на нее их связь и это нервировало. Он не хотел брать её силой, но если она продолжит сопротивляться у него не будет выбора. Поэтому он продолжал уговаривать ее выйти. Ему очень важно, чтобы она сама пришла к нему.