Через неделю в столичных газетах написали «о страшном пожаре со взрывом в доме богатого иностранного негоцианта». Будто бы сам хозяин погиб в огне, а его дела оказались связаны с контрабандистами. За это время граф Кочубей уладил миром свои дела с князем Чарторыйским по поводу англичан и заговора в Моравии. Тем более, что из посольства Австрии сообщили, что дело о мятеже в Здешове уже прекращено. И потому граф и князь вместе доложили императору об уничтожении базы пиратов-контрабандистов на Галерной улице, по обоюдному согласию умолчав и о связи тех пиратов с английским посольством, и о роли в этом деле «Союза Аустерлица» и лично князя Андрея. Впрочем, государь Александр Павлович остался вполне доволен докладом, представив обоих министров к орденам.
В Лысых Горах, где еще не так давно жизнь текла размеренно и строго по заведенному князем Николаем Андреевичем распорядку, внезапно разыгрались страсти, которые окончательно перевернули привычный уклад. Федор, всегда отличавшийся пылким нравом, сразу увлекся мадемуазель Амели Бурьен. Их бурный роман развивался стремительно: сначала украдкой перехваченные взгляды и тайные встречи в саду, потом поцелуи в беседках и совместные конные прогулки в лес, подальше от всех, где поручик и француженка могли оставаться наедине. Княжна Марья, хоть и догадывалась о чувствах своей компаньонки и не осуждала ее, но в душе переживала. Не нарушит ли этот бурный роман хрупкий мир в семье, наконец-то установившийся между отцом и старшим братом после многих лет непонимания между ними?
Тем временем Пьер, тоже приехавший в Лысые Горы, неожиданно проникся искренней симпатией к самой Марье. Ее кротость, глубокая вера и доброта тронули его сердце. Сам того не замечая, он стал проводить с ней все больше времени, обсуждая с девушкой литературу, религию, облегчение жизни крепостных крестьян и прочие темы. Разговаривать друг с другом эти двое, казалось, могли бесконечно. И Андрей, наблюдая за этим, лишь усмехался про себя — он знал, что Пьеру нужна именно такая женщина, но сомневался, осмелится ли толстяк признаться его сестре в своих чувствах. К тому же, он пока так и не развелся с Элен официально.
Сам Андрей после смерти Лизы вполне мог снова вступить в брак. И баронесса Иржина фон Шварценберг — умная, ироничная и прекрасно образованная для 1806 года, по-прежнему возбуждала в нем интерес, хотя и была старше него на семь лет. Их беседы в диванной затягивались далеко за полночь, и даже старый князь Николай Андреевич, известный раньше своей неприязнью к любым новым лицам, неожиданно одобрил ее общество. Но, Андрей не спешил оформлять отношения.