Она даже ротик приоткрыла.
— А Маруся, — спросила растерянно, — у тебя же кот. Он вон какой важный, ее не примет.
Антон ощущал, как своей мягкостью и простотой она глушит последние попытки его холостяцкого разума сопротивляться. Кивнул.
— Примет.
Когда вернулся, в квартире была лишь темнота и Василий. Крупный британец с независимым видом потребовал есть, Антон шагнул на кухню. Олеся, похоже, таки выпила кофе, взгляд следака уловил признаки гостьи. Кинул взгляд на холодильник — магнитик подкова держал записку: «Спасибо!» И привычный для нее смайл. Мужчина грустно хмыкнул.
Поехать за ней? А нужен ли он молодой женщине? Настолько ли ее эта ночь впечатлила. Он никогда не страдал неуверенностью в себе, но эмоции к Олесе оказались слишком острыми, слишком тяжелыми. Ее отказ будет… А если он еще начнет напирать? Схватился за телефон. Но набрал внезапно не ей, а отцу.
— Антоша, ты никак заболел? — крякнул старик после приветствия.
— Да нет, здоров. С чего ты взял? — удивился младший Измайлов.
Его семидесятидвухлетний отец на другом конце «провода» перевел дух.
— Уф, прости, только с улицы — снег расчищал, — пояснил паузу он, — так ведь до праздников еще рано, а ты звонишь!
Антон усмехнулся, но не затаил обиду на шпильку. Доля правды в словах родителя была.
— Бать, когда ты матери предложение делал?
Отец закашлялся.
-Уу, — протянул он, — неужели ты озадачился биографией предков? Мемуары пишешь? Или… Постой-ка! Тамарка чего-то говорила, невест тебе нашла. Уж не жениться решил? И правильно. Это мне уже после Анфисы никто не нужен, а ты молодой!
Антон приподнял уголки губ. Родители всегда были для него примером настоящей семьи. Строгий, но справедливый отец — сильный мужик, настоящий глава. Добрая ласковая мама, которая вертела им еще как. Он даже с женой развелся во многом потому, что непохоже это было на такое вот единение.
— Да нет никаких невест…
— Ой! — отец явно не поверил. — С матерью у нас просто было. Под новый год меня к ним дядька привел знакомиться, а сразу после Рождества поженились. И предложение тут было одно — отчитался ее папаше о месячном окладе.
— Другие времена были, — пробормотал Антон.
— Да времена всегда одни! — отрезал папа. — Если чуешь нутром, что твоё, иди и забирай. Всё, некогда мне тут с тобой, «Политчас» по пятому каналу начался.
В этом весь отец, ворчит, мало звоните, а разговаривать долго не хочет. Но он и парой слов может поставить мозги на место. Антон положил, было, телефон на полку, как тот просигналил.
«Ты дома?»
Он ответил, но она не приехала. Дела, нужно сдавать материал. И так неделю, день за днем. Списывались, созванивались, но внутри что-то свербело. Вроде и вел себя как культурный человек, а хотелось за волосы и в пещеру. Но даже сердиться не получалось от ее виноватого щебета. И сам не понимал, что нужно делать — ехать к ней или замки менять. Второе в полубреду подсказывал задушенный здравый смысл холостяка.