— Проклятье, вы сами лучше меня всё знаете, — пробормотал я. — Не зря же уже несколько дней пропадаете в компании коменданта и остальных шишек напрочь забыв о нас. Во что они вас посвятили? Они в курсе что здесь творится? Понимают ведь что к чему, верно? Хотя бы догадываются? Я видел выражения их лиц и взгляды тогда на допросе. Они что-то знают.
— Как и ты, — кивнул Дракстейн. — Но ты почему-то не спешишь делиться своими знаниями со всеми подряд. Так с чего бы другим поступать подобным образом?
— Я выложил всё что посчитал нужным, — отрезал я. — Всё что им следует знать они от меня и узнали. Остальное уже моя забота.
— Вот видишь, — чуть приподнял уголки губ Тысяча Клинков. — Всё логично. Не задумывался над тем что люди вокруг тебя могут руководствоваться аналогичной логикой? Тебе и самому не нужно знать всё — тебе лишь нужно…
— Делать что велят, — закончил за него я заглядывая в глаза и тоже не сдержал ехидной ухмылки. — Вы как никто понимаете меня в этом вопросе, верно? Директор Винтергард в курсе всего что здесь происходит? Вы обо всём ей доложили или решили что ей тоже не нужно знать всего? Но разве это вам решать, профессор? Ваше дело это…
— Мои дела тебя не касаются, — резко отлип от стены и шагнул ко мне Дракстейн. — И дела директора тоже. Мы сами разберёмся.
Не оглядываясь он направился прочь оставив меня наедине с собой.
— Сделайте как я просил, — бросил я ему вслед. — Иначе мы все можем сильно пожалеть.
— Проклятье, что за беспредел! — процедила Клара Кляйн недовольно расхаживая туда-сюда по комнате отдыха. — Как они смеют так относиться к Бладхейвену? Он герой который сражался и рисковал жизнью защищая Кассат от чудовищ. Неизвестно где пропадал и сколько страданий вынес а едва вернулся так его сразу заковывают как преступника и прячут в подземелья? Серьёзно⁈
— Понимаю твоё недовольство, — произнёс Филипп Фрост восседая в кресле и без всякого энтузиазма заглядывая в кубок с мутным овощным соком. — Как ни прискорбно это признавать но северянин доказал что имеет честь и заслуживает к себе соответствующего отношения. Мне претит сама мысль о том что тот кто сражался со мной плечом к плечу рискую жизнью ради слабых сейчас скован словно…
— Необузданный, грязный и жестокий зверь, — мечтательно закатила глаза Алина Фрост. — Интересно, способно ли его массивное, необъятное тело разорвать эти жуткие оковы и вырваться на свободу в порыве безудержной первобытной ярости?
— Н-но почему профессор Дракстейн ничего не сделал? — Кики Квай сидела на диванчике в углу хмуря брови. — Не понимаю. Неужели он не против чтобы к Бьорну так относились?