Воздух вокруг нас во множестве разрезали разнообразные метательные снаряды, либо же энергетические проекции, которыми некоторые враги орудовали с такой скоростью и мастерством, что даже примитивное вроде бы копье могло натворить не меньше дел, чем гибрид крупнокалиберного пулемета со снайперским ружьем. Я привык воспринимать вьющихся вокруг гарпий скорее как раздражающий своими криками фон, опасный лишь для рядовых защитников Убежища, ну или когда они нападают большими слаженно действующими группами, и чуть было не поплатился за это. Какой-то покрытый морщинами старикан с седыми от возраста перьями, в отличии от большинства сородичей таскающий не металлическую, а костяную броню, сделанную вроде бы из хитиновых пластин, но зато украшенную удивительно качественным портретом Дорго, пронесся на бреющем полете, раскатисто заывая некий боевой клич словно боевой вертолет. В его худых артритных руказ была корява кривая палка с невзрачным каменным наконечником, что тряслась угрожая вот-вот выпасть из слабых пальцев пенсионера…Чья дряхлость и немощность оказалось не более чем видимостью, поскольку с каждым содроганием глупого с виду оружия сразу полудюжина невидимых сверлящих снарядов вонзались в меня без промаха, равномерно распределяясь по уязвимым местам и эти самые места дырявя. Вполне успешно дырявя! Два укола в глаза, один в горло, обе подмышки, пах, сердце…А затем ещё раз, ещё и ещё! Под разными углами. Без промаха. С достаточной мощью, дабы пробивать и сделанные Эвой доспехи, и находящуюся за ними плоть, бывшую не сказать, чтобы уязвимой! Так мало того, этот пенсионер ещё и огнеупорным оказался, вполне успешно блокируя ударивший в него поток драконьего пламени барьером, созданным судя по всему, за счет каких-то манипуляций птичьими когтями на ногах!
— Шустрый птах, — только и смог сказать я, истекая кровью из множества ран и буквально ощущая, как меня все новыми и новыми ударами разделывают на части. И если бы не возможность откатывать себя в прошлое, то эти самые части уже разлетелись бы в разные стороны, а так пока держался одним куском, заставляя врага раз за разом переделывать свою работу, начиная все сначала. — Настолько сильная легенда, что почти миф…
Молот, брошенный в этого нелюдя и прорезавший небеса подобно зенитной ракете, не мог попасть бы в свою цель никогда, если бы само мироздание не поверило, что он в него уже попал! Размазавшийся от скорости и рывком сместившийся на полсотни представитель расы гарпий, вероятно, очень удивился, когда все-таки получил навершием в виде дракончика себе в грудину. Но этот удар он пережил, пусть даже харкнув кровью, прекратив меня атаковать и замедлившись…В результате чего на его башке сомкнулись драконьи зубы совершившей лишь чуть менее впечатляющей рывок вперед и вверх Эвы, прошедшие между шлемом и костяным воротником, чтобы аккуратно срезать седую голову нашего врага.