Он так медленно начал приближаться к Полине, что она сделала шаг назад, вытерла вспотевшие ладони о юбку.
— Я могу идти? Вам больше ничего не нужно?
— Нужно.
— Что?
— Догадайся.
Она бросила быстрый взгляд в сторону кресла, где сидел второй мужчина, но он словно не обращал на них внимания, что-то набирая на ноутбуке. Вот сейчас ее изнасилует прямо тут, у двери, этот маньяк с черными как ночь глазами, а вон тот, деловой, ничем не поможет, а, может, даже присоединится, как это было в ее снах. Сердце забилось чаще.
А она ничего не сможет сделать, нет даже сил развернуться и убежать. Да и не собирается она бегать, не шестнадцать лет, не тот возраст. Он остановился совсем рядом, темная водолазка облегала грудь, снятая кожанка валялась на диване. Протянул ей бокал.
— Пей.
Она что, собачонка? Покажи титьки, пей. Что за хамство? Он держит перед ней бокал, сам смотрит в глаза, словно гипнотизирует. Полина берет, но только держит его в руках.
— Я на работе, я не могу употреблять спиртное.
— Считай, что у тебя выходной, — снова наглая ухмылка.
— У меня не выходной. Я один администратор на всю ночь на целую гостиницу.
И почему она стоит и оправдывается перед ними? Господи, надо идти, бежать. У нее работа, она всегда ответственно к ней относилась.
— Я договорюсь с Валентином.
— С Валентином?
Переспрашивает, не понимая, о ком он, а потом до нее доходит. Валентин — это их управляющий, Валентин Михайлович Малых. По еще одному странному стечению обстоятельств, тот самый Валентин ее бывший любовник. Бывший, но не теряющий надежду стать нынешним и постоянным. Полина все еще корит себя, что проявила слабость и поддалась его красивым словам и ухаживаниям, хотя прошло уже полгода.
— При чем здесь Валентин Михайлович? У меня есть обязанности.
— Твоя основная обязанность на сегодня будет обработать мой член.
— Но…
— Я заплачу тебе по двойному тарифу. Сколько ты получаешь за ночь, нет, за месяц?
— Нет…да как вы…
— Никаких нет, ты слишком много говоришь.
И снова эта наглая ухмылка, мужчина стоит совсем близко, коньячный запах ударяет в нос, подносит бокал в ее же руках к губам, Полина дергается, цепляется за его рубашку, пытаясь отодвинуть руку. Но ее крепко хватают за шею, крепко, но не больно, скорее, неожиданно. Коньяк стекает по губам вниз, по подбородку, она открывает рот, делает несколько больших глотков. Все еще цепляется за мужчину.
— А теперь расстегивай блузку. Не заставляя меня ее рвать.
— Я…я не стану ничего расстегивать. Да как вы…уберите руки.
— Ты меня начинаешь утомлять.
— С чего вы решили, что я шлюха? — говорит слишком громко.