— Ловко ты от медведицы, э-э-э, испарился, — хохотнув, произнёс Славка. — Ты, вообще, кто? Человек?
Иногда Славка позволял себе быть прямолинейным и говорить, то что думает. В этой ситуации Славка не видел со стороны «незнакомца» угрозы и не видел смысла изворачиваться. Он вообще не любил врать.
— Видел, да? — спросил незнакомец так буднично и спокойно, что Славка почему-то похолодел.
Наверное, потому, что почувствовал не банальный фокус, а что-то более серьёзное. И от этого очень интересное. Он вспомнил фразу актёра Куравлёва из фильма «Иван Васильевич меняет профессию»: «так это любую стенку можно убрать?» Точную фразу он не помнил, но смысл имел место и в этом случае.[3]
— Видел, — продолжая улыбаться, сказал Славик. — Я вслед за тобой шёл. Так ты кто? Хе-хе… Человек? Или не очень?
Незнакомец посмотрел на Славика, вздохнул и сказал:
— Не очень. Сейчас я вообще не знаю, кто я.
— О, как! — произнёс Славик, бесстрашно приближаясь ближе и ставя к стенке избушки удочку, снимая с плеча ремень побирушки, небольшой рюкзачок и ставя их рядом со стенкой.
— Ни мышонок, ни лягушка, а неведома зверушка? — пошутил Славка, наполняясь зудом и восторгом от ощущения тайны.
— Что-то типа того, — вздохнул его собеседник.
— А дотронуться до тебя, извиняюсь, можно? — спросил Славик. — Ты вообще из, э-э-э, мяса?
— Из мяса, из мяса, — проговорил незнакомец. — А не боишься? Вдруг я оборотень и питаюсь заблудшими странниками.
— Ха-ха! Ты харюзами питаешься, а значит — не оборотень, — утвердительно выразил своё мнение Устинов и шагнул ближе к пришельцу.
Слово «пришелец» у Славки возникло только что, и он осознал, что это правда. Какой пришелец? Что за пришелец? Это сейчас было не важно. Главное, что это был субъект иного мира и иной формы жизни. Ну, ведь действительно, не может же обычный человек раствориться в воздухе! Почему? Да потому, что у его телесная природа не позволит ему растворится, ни в воде, ни в воздухе.
Настырно протягивая палец к руке пришельца, Славка ожидал, что палец проткнёт чужое тело и очень удивился, когда он упёрся в упругую плоть.
— О, бля! — воскликнул он и палец в испуге отдёрнул. — Ты человек, что ли?
Пришелец скривился.
— Я же говорю… Не совсем. Телесно иногда да, иногда нет.
— Не понял… — наморщил ум Славик.
— Слушай, отстань, а? А то я сейчас шагну в пустоту и больше ты меня никогда не увидишь. А ведь тебе интересно узнать мою историю? Да и харюзов поесть хочется?
Славик уже отошёл от испуга.
— А у тебя есть история? — спросил он.
— Есть, — просто ответил пришелец.
— Тогда хочу.