И с бывших соотечественников буквально сразу же пришлось ставить на место. Они тут же принялись злоупотреблять полномочиями, так сказать. Как-то вдруг на Красное море и в Персидском заливе стали появляться катера с явно не рабочей «раскраской» и люди не в спецовках нефтегазовой отрасли. Это были совершенно праздношатающиеся граждане. Они располагались на песчаных пляжах и вели себя вызывающе и с туземцами и собственно с нефтяниками. Появилась даже очень приличного размера яхта, оказавшаяся собственностью одного российского нефтяного магната.
Удивившись такому «беспредельному хамству», Санька перекрыл все открытые для нефтяного проекта переходы, предварительно выкинув из этого мира «понаехавших» наглецов. Безопасники очнулись быстро и гарантировали, что такого больше не повториться. Санька уточнил, что места отдыха были строго определены заранее в пределах нескольких закрытых и охраняемых территорий.
Ему попытались объяснить появление олигарха не отдыхом, дескать ему и в том мире доступны эти же места, а служебной необходимостью развития проекта.
На что Санька заметил, что проект спланирован на несколько десятилетий вперёд и в корректировке, а тем более, развитии, не нуждается.
На этом инцидент был исчерпан.
Британцы, паразиты такие, видимо что-то пронюхали и за Мыс Доброй Надежды носа не казали. А вот француза пробиться в Индийский океан пытались, но топились у восточного побережья Африки или Мадагаскара.
Голландцев и раньше было маловато, а после потопления многих кораблей в порту Нагасаки, так больше туда никто и не приплыл.
Эскадру Мэтью Перри из США ждали в бухте Эдо восьмого июля пятьдесят третьего. Для встречи на берегу установили две пушки АК-130. Сёгун Токугава всё-таки убедил Саньку, что для японской самооценки так будет полезней. Санька знал, что японцы после такой самооценки могут и на Китай окрыситься, но просьбу Токугавы удовлетворил. Правда убедил того, что стрелять по эскадре будет, или сам Токугава, или Санькины люди. Токугава даже прослезился от оказанного доверия и конечно же выбрал первый вариант, рассказав об этом всем. Никто в Японии не знал почему, но на восьмое июля во всей Японии готовился великий праздник, посвящённый богине Аматерассу.
До революции в Северной Америке было ещё далеко. Хотя противоречия между Севером и Югом нарастали. Их пытался усилить внедрившийся в тамошний местный бизнес Олег Селиванов, и у него, надо сказать, это неплохо получалось. Через него же склады конфедератов пополнялись капсюльным оружием и боеприпасами. Скорее всего «рвануть» должно было несколько раньше, чем по «графику».