– Открывай, – оттягивает мочку уха губами.
Я замираю, совершенно потеряв дар речи.
– Мирон… это… это невероятно, – только и смогла я выдавить из себя.
Он улыбается, и его глаза лучатся нежностью.
– Я хотел, чтобы этот вечер запомнился тебе навсегда.
Он берёт мою руку и ведёт к столику у горящего камина. На столе горят свечи, стоит бутылка шампанского, а по всей гостиной расставлены корзины с моими любимыми розовыми пионами.
– Шампанское?
– Детское, – уточняет он.
Мирон помогает мне устроиться за столом, сам же идёт к духовке и достаёт оттуда противень. Быстро сортирует две тарелки и уже буквально через пару минут передо мной оказывается блюдо с рыбой и брокколи.
– Рыба! – потираю ладошки.
– Я помню,– смеётся он. – Бутерброд с авокадо и сёмгой, сырники со сметаной, омлет с помидорами и бужениной, – вспоминает, прокручивая в памяти наш первый совместный завтрак.
– Ты всегда знаешь, что я люблю, – улыбаюсь.
– Что любишь, знаю, а вот кого – не знаю, – пожимает плечами.
Стараюсь не выдавать улыбку, сосредоточенно отламываю кусочек рыбы и подношу ко рту. Мирон с улыбкой внимательно наблюдает за мной исподлобья.
– Я выкупил заднюю часть участка вместе с прудом.
– Правда? – радостно поднимаю на него взгляд.
– Да, – подтверждает он, отрезая кусочек стейка. – Нужно убрать забор за домом и огородить уже весь участок с прудом. Пруд тоже приведём в порядок, думаю, можно будет купаться.
– Прикольно, – говорю, с аппетитом поглощая свой ужин.
Мирон разливает шипучку по нашим бокалам и, глубоко вздохнув, произносит:
– Сонь, с этим местом много что связано, – делает небольшую паузу. – Именно здесь я понял, что не просто тебя люблю, а ты – моя жизнь.
Я замираю с вилкой у рта, глядя на него. Свет от горящих в камине дров играет на его лице, подчеркивая каждую черточку. В глазах плещется такое искреннее и теплое чувство, что внутри все переворачивается. Откладываю вилку в сторону и кладу свою руку поверх его ладони, чувствуя, как он слегка сжимает мои пальцы.
– Я помню каждый миг, проведённый с тобой, – продолжает Мирон, не отрывая взгляда. – Помнишь, когда мы с тобой убегали от охраны?
– Да, – улыбаюсь.
– Я никогда не чувствовал себя таким живым и счастливым, – он ещё крепче сжимает мои пальцы. – А когда ты притащила Минора ко мне…
– Ты разозлился.
– Да. Я злился на то, что ты притащила щенка, но тебя я был рад видеть. Я скучал по тебе.
– Не заметно было, – усмехаюсь.
– Я и сам тогда не особо понимал, что со мной происходит. Для меня это были абсолютно новые чувства. А вот это, – достаёт из-под рубашки цепочку с моим кулоном в виде первой буквы, – я не хотел тебе отдавать уже после того, как узнал, что ты Соня.