— Ничего, всех проверим, всех обучим, — расплылся в улыбке ректор. — Добро пожаловать в семью. А сейчас — прошу прощения, мне ещё расписание переделывать. Второй раз за три дня теряю преподавателей, кошмар! Придётся рекрутировать кого-нибудь из родственников с подходящей магией. До встречи, — и голограмма ректора исчезла. Сеанс связи был окончен.
Какое-то время все сидели молча, а потом раздался голос жены Ливитта:
— Обед скоро. Может, расположимся на улице, все вместе?
Народ зашевелился, начал разбегаться. Когда мы вышли во двор, то обнаружили там кучу столов, уставленных разнообразными блюдами — и когда только успели? Может, заранее приготовили и в стазисе держали? Мы уже собрались рассаживаться, когда кто-то удивлённо протянул:
— Данита мчится. Неужели новое предсказание?
— Но кому? — удивился ещё кто-то. — Вроде бы, здесь нет никого из недавно перерождённых.
— Вот сейчас и спросим, чего гадать? — высказал кто-то третий здравую мысль.
Прошло ещё немного времени, и даже я, со своим человеческим зрением, заметила мчащуюся к нам на полной скорости огромную рысь. Миг — и она уже на газоне перед замком, на котором расставлены столы. Ещё один — и перед нами уже знакомая мне рыжеволосая девушка, стройная и красивая, но очень взволнованная, оглядывающая всех, словно ища кого-то.
— Данита, у тебя новое предсказание? — спросил Шандерон. Девушка кивнула. — Кому?
— Мне, — выдохнула она. — Я получила предсказание для себя. Мой истинный скоро вернётся ко мне, а здесь находится посланник иного мира, что проведёт меня к нему.
— Нужно отыскать Эндрю, — заволновалась я, помня историю Даниты. — Рик, ты знаешь, где живёт Броука?
— Не надо, — покачал головой мой дракон, внимательно глядя куда-то поверх моей головы.
Проследив за его взглядом, я обнаружила Дэна. Он смотрел на Даниту так, словно увидел… даже слов не подберу. Словно чудо какое-то. Восторг и неверие читались на его лице. Оглянувшись на Даниту, я увидела её пристальный взгляд, направленный на Дэна, она всматривалась в его лицо, словно пытаясь там разглядеть что-то, ведомое ей одной.
Так смотрят друг на друга встретившиеся половинки.
Я содрогнулась. Неужели Дэн — её половинка? А как же Эвита? Его половинка, которую он обрёл спустя тысячу лет после того, как потерял? Смысл его жизни, та, которую он носит на руках, которая подарила ему сына и дочь — а ведь у гаргулий дети рождаются только от половинок.
Я в растерянности перевела взгляд на дедулю, и тут его губы шевельнулись, и он, словно не веря своим глазам, выдохнул:
— Мама?!