– И вы хотите сказать, что это мне так повезло? – откинулся на спинку кресла лорд. – Заключить брак с девицей из обнищавшего, всеми забытого рода только потому, что когда-то мой блудливый предок договорился со своей не менее блудливой замужней любовницей, что однажды их потомки поженятся?
– Ну… как сказать? Скорее, ваше сиятельство, нам с вами обоим крупно не повезло. Поверьте, я тоже не в восторге от того, что мне пришлось ехать через всё королевство к мужчине, который годится мне в отцы. И поверьте, ещё месяц назад я знать не знала ни о вас, ни о древнем договоре, ни о том, что мне придётся тут очутиться.
– Сколько вам лет, леди Эрика? – побарабанил пальцами по столу и сморщился, как от зубной боли, маркиз.
– Девятнадцать, – после некоторой заминки назвала я этот возраст.
– Хм, мне показалось, вы более юная. Но с чего вы взяли, что я гожусь вам в отцы? Я настолько старо выгляжу?
– У вас уже есть сын, – качнула я подбородком в сторону притихшего Лекса. – И, насколько я вижу, ненамного младше меня. Может, вы лучше станете моим опекуном, а? А там уж пусть дальше наши потомки расхлебывают? – мило улыбнувшись, похлопала я ресницами.
– Бездна вас задери! – прошипел ди Кассано и потёр лицо руками. А я вдруг поняла, что он ужасно уставший, и глаза у него красные не от ярости, а от недосыпания. – Как же вы не вовремя! Теперь от меня не отвяжутся ни её величество, ни матушка.
– Вас заставляют жениться? – спросила я, а сама уставилась на болтающегося у стены призрака, ожидая пояснений.
– Мой дорогой потомок так успешно избегает брачных уз последние четырнадцать лет, после рождения Лекса, что её величество и маркиза Эстебана… – тут лорд хохотнул, – уж и не знают, как бы дотащить его до алтаря.
Лекс, находящийся по эту же руку от меня, воспринял мой вопрос на свой счёт, зыркнул сердито и тихо ответил:
– Я баста́рд [1] , хоть и признанный. Отца последние лет десять пытаются заставить заключить брак с приличной породистой леди, потому что нужен законнорождённый наследник.
У меня вытянулось лицо. Нет-нет-нет! На такое я не подписывалась! Никаких законнорождённых наследников! Мне бы с годик продержаться, а там… Я же всё продумала! И я совершенно точно не подхожу под определение «породистая». Вернее, с родом-то всё в порядке, если не считать того, что он обеднел и вымер.
Хозяин кабинета затих, уткнувшись лицом в ладони, и я едва слышно спросила у парнишки:
– А твоя мать?
Он презрительно дёрнул плечом, поджал губы и отвернулся, будто не услышал. Ответил призрачный лорд Кассель.