Обернувшись к людям, я ткнул в штуковину пальцем.
Они замолчали и замерли, ожидая моих дальнейших действий.
Я снова повторил свой жест, собрал весь мозг в кулак и просипел:
— Шум. Убрать! — и опять ткнул в штуковину пальцем.
— Не нравится звук? — медленно, четко выговаривая слова, произнес один из людей.
Что значит «не нравится» я пока не понимал. Но кивнул.
— Убрать. Звук.
Человек протянул руку, и штуковина тут же замолчала. Я облегченно вздохнул и кивнул, подтверждая, что именно этого и хотел.
Несколько дней подряд никаких новых сведений на сознательный уровень мне не приходило. Я наслаждался фоновыми звуками без навязчивого писка. Вслушивался в речь людей, почти ничего, впрочем, в ней не понимая.
Мне показали процесс складывание в рот какой-то субстанции. Человек сказал — это «есть». Процесс был странный, я не понимал, чего от меня хотят, пока один из людей не сел напротив и не показал все на себе. Субстанцию нужно было не просто сложить в рот, дальше требовалось сделать горлом движение, после которого субстанция проваливается внутрь живота. Мне не понравилось так делать, и я категорически отказался.
Человек не настаивал, но отправил меня лежать, и снова воткнул мне в руку иголку. Это тоже было неприятно, но более терпимо, чем пытаться что-то складывать в рот.
А еще через пару дней ночью что-то случилось. Я видел… я видел свою жизнь. Другую, не ту, что теперь. Я видел людей, которые меня окружали. Я совсем не помнил их имен, но меня окружали их лица, их поступки, их тепло. Мне нужно было к ним. Любой ценой. Они помогут мне найти себя.
Утром я проснулся решительным. Я понял, зачем я здесь и чего хочу. Осталась одна деталь — объяснить это людям, которые меня сейчас окружали.
— Доброе утро, — привычно сказал человек, увидев, как я открыл глаза.
— Доброе утро, — старательно повторил я.
— Как спалось? — человек внимательно меня разглядывал.
— Я спал хорошо.
Мне приходилось судорожно собирать в голове пазл из знакомых слов. Человек хотел выйти из комнаты, но я встал и удержал его за плечо.
— Мне нужно, — никак не мог сообразить, как продолжить эту фразу. И вдруг вспышкой мелькнули новые слова. Я даже не потрудился задуматься об их значении, я просто знал, что они верные, именно их нужно сейчас сказать.
— Мне нужно, — уже увереннее повторил я. — Коломойцев. Ву Жоу. Эванс… Эванс… Дюкре.
— Очень хорошо, — обрадовался человек, снова подняв руку к лицу. — Повторите.
— Коломойцев, — постарался я выговорить как можно четче. — Ву Жоу. Эванс. Дюкре.
— Сейчас поищем, — человек успокаивающе потрепал меня по руке и вышел.