— Это мелочи? — тихо сказала Эшли, всё ещё держа в руках колечки.
— Да, могу лучше, — пожал я плечами. — Как вернёмся, сделаю что-то хорошее. Посмотрим, сколько выбью с этого.
Я снова покинул таверну, быстро найдя ювелирную лавку. Многие любят побрякушки. Показал всё, немного поторговался и вот затраченное на материалы и инструменты кратно окупилось. Хотя хотел больше, но сойдёт. Смог купить у них немного разных уже огранённых мелких камушков, нашёл ещё драгоценных металлов и вернулся в таверну.
Кири и Эшли разговаривали. Моя платиновая красота описывала Гелиен, а я снова принялся за ювелирку. Теперь добавляя в украшения тех самых камушков. И даже зачаровывал на упрочнение, чтобы повредить было сложнее. Ещё цену увеличит. Из одного крупного кулона вообще простенький щит сделал. Вроде как украшение, но ещё и немного пользы.
— Удивительно, — Эшли обняла меня, когда закончил очередную побрякушку. Уже было поздновато и я поднял руку, погладив по голове.
— Обычное дело. Но позволит подзаработать, завтра. Как это доделаю, алхимией займусь, я ведь столько всего помню. Сейчас снимем комнату для Кири и нужно поспать.
— Ум… я лучше с вами… Альраи, я сотню лет была одна, — Кири опустила голову. — Страшно немного в таверне одной. Я же… пожалуйста…
— Кровать то одна, — поднял я брови.
— Ну… ничего. Я уже не та девчонка, — моргнула она.
— Ладно, поместимся. Эшли?
— Пускай, — хмыкнула она. Я встал и потянулся, скинул обувь, лишнее снаряжение и куртку. — Тогда спокойной… Кири?
Девушка поднялась, смотря на меня и расстегнув пару пуговиц. Шагнула ближе.
— Хочешь… меня? Мы ведь… так и не дошли…
Пока Эшли понимала бровки, я качнул головой.
— Кири, это в прошлом. Я теперь с Эшли и верен только ей одной.
От Эшли сначала ощутил удивление, а потом теплоту любви. Кири же опустила глаза и руки.
— Извините… просто ты знаешь… тогда при всех и свадьба… Да, сто лет для меня. Просто ты последний кого я знаю, и кто был достоин. Надеялась, что поделитесь, но… будет у меня кто-то скоро… Хах, надеюсь, вспомню как.
— Роланд тебя не трогал? — удивился и я. Она качнула головой, смотря в пол.
— Он ублюдок… но не насильник. И я, кажется, не в его вкусе.
То есть ещё и сотня лет воздержания? Тогда понятно проснувшееся желание. Да и вообще — её тут освободили и заботятся.
— Ничего, скоро вернёшься к нормальной жизни. А теперь спим.
Улеглись, немного тесновато и Кири оказалась с другого бока, крепко и доверчиво прижавшись.
— Приятно, обнимать кого-то.
— Не кого-то, а его, — промурлыкала ей в ответ Эшли. Смущения от такой компании не испытывала и не ревновала.