— Ну так, ваше высокородие. Есть немного. А вообще, конечно, мне бы до дома Завьялова добраться. Груз ведь так в санях и лежит. Сдать бы хозяйке, от греха подальше, — поднимаясь со скамьи, ответил Петр.
— Проходи, — наконец справившись с замком, пригласил следователь. — Груз сдать — это святое. Но тут проблем не будет. Марфа тебя разве что на руках носить не станет, да и то не факт. Кстати, она уже в курсе?
— Откуда? Я Игната Пантелеевича в больницу, а оттуда меня городовой сразу завернул в управу.
— Ясно. Ну это не беда, известим. Заодно и разгрузишься. А потом собирайся в дорогу.
— Куда это?
— На место происшествия, куда же еще-то. Так что бери с собой запас дров, съестной припас, чтобы не отвлекаться, и вперед.
— Это то есть на аэросанях?
— Ну не на нашем же «Руссо-Балте». Во-первых, он у нас один. А во-вторых, на нем получится слишком долго. Ему до скоростей аэросаней ой как далеко. А с момента нападения и без того прошли уже сутки, да пока доберемся, не меньше минет. Как бы зверье не растащило все по косточкам. И еще. Надеюсь, ты все сдал дежурному?
— В смысле?
— Я про твое выражение «что с бою взято, то свято». Помню, как ты понимаешь.
— Все, — искренне глядя Кравцову в глаза, заверил Петр.
— Петя, это не шутки. Поэтому давай-ка от греха подальше. Обещаю, сделаю так, что ты получишь все обратно. Все же ты не чужого для меня человека спас. Но сейчас каждая мелочь может быть полезной для следствия.
— Да что там расследовать? Напала банда и получила по зубам. Все яснее ясного. Преступление налицо, виновники понесли справедливую кару, купец в больничке, — попытался отмахнуться Пастухов.
— Петр, заметь, я ведь тебя не учу в железках ковыряться. Так что не юли. Добром прошу.
— Кхм. Вы обещались, ваше высокородие.
— Да обещал, обещал.
Петр вздохнул и вытащил из внутреннего кармана золотые карманные часы на цепочке. Зажигалку «Зиппо». Судя по всему, дорогую перьевую ручку. Кисет с простой вышивкой, чуть ли не детской рукой, и духовитым табаком внутри. И наконец недешевую трубку европейского стиля. Такие не имели популярности у инордцев. Те предпочитали пользоваться своими изделиями. К чему платить за то, что ты можешь сделать сам?
— Еще взял двести рублей золотом.
— Это опустим. Дальше.
— Там в санях еще бинокль хороший, цейсовский, название на нем написано. Кхм. Н-да. Ну еще маузер. В смысле пистолет. По виду, считай, новенький. Наверное, до этого кого-то на гоп-стоп взяли.
— Ты сдал две берданки, мосинку и винчестер под русский патрон.
— Ну да.
— Вспомни, маузер и винчестер ты взял с одного бандита?